Книга Системный Кузнец V, страница 41 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Мы найдем мастера для ритуала, Ульрих! Лично отберу кандидатов! — гремел мужик. — Возглавлю ковку со узорчатой сталью! Проверим каждый вариант!

Оружейник хотел быть главным — видимо хотел, чтобы в летописях (если выживем) было написано его имя, а меня стремился задвинуть в дальний угол, превратить в безликого консультанта.

Что ж… Честно говоря, было плевать.

Пусть забирает все — командует, орет и надувает щеки перед камерами, которых в этом мире нет. Нужно только одно: чтобы проклятая «Звездная Кровь» была создана, чтобы провинция выжила, и чтобы меня оставили в покое, дав возможность спокойно практиковать и ковать.

Я не герой с плаката, а простой спасатель — если мою работу припишет себе ржавый психопат, но при этом спасет тысячи жизней — переживу.

Главное, чтобы получилось.

Брандт распалялся всё больше, мерил шагами комнату, размахивал руками и с пеной у рта расписывал перспективы. Теперь, когда был план, тот продавал его Барону как собственное прозрение. Каждая минута речи гиганта была пропитана надеждой: «Мы сделаем! У нас есть варианты! Мы спасемся!»

Барон оставался неподвижен, только мощная грудь медленно вздымалась и опадала, колыша седую бороду.

И вдруг комнату расколол голос.

— ХВАТИТ.

Брандт поперхнулся словом и замер с открытым ртом. Тишина рухнула на нас

Ульрих медленно обвел взглядом каждого из присутствующих — в глазах не было гнева, только пустота.

— Никчемные… — тихо проронил фон Штейн. — Бездари.

Барон шагнул к столу, провел пальцем по дереву.

— Вы извели горы металла — сожгли состояние. И что осталось? Крысиные крохи.

Мужчина поднял тяжелый взгляд на Брандта.

— Больше не будет метеоритного железа — горы кишат тварями. Больше не будет руды — шахты уничтожены, а Клан Торгрима зализывает раны в норах. Источник иссяк.

Голос фон Штейна стал жестче.

— Вы корпите здесь месяц — лучшие условия, любые реагенты, и не родили ничего, кроме шлака. А потом приходит этот мальчишка… — палец, похожий на ствол пистолета, указал на меня. — И с порога выдает смелое решение…

Мужчина резко повернулся к Ржавому Бесу — взгляд ударил оружейника сильнее, чем кузнечный молот. Брандт пошатнулся, лицо поплыло, губы затряслись.

— И ты… хочешь возглавить эту работу? Чтобы что?

Барон навис над ним.

— Чтобы снова всё засрать? Чтобы добить последние крохи надежды своим тщеславием?

Повисла зловещая пауза. Брандт сжался, став меньше раза в два.

— Где те славные оружейники прошлого? — с горечью выдохнул Ульрих, и впервые его дыхание сбилось, выдавая колоссальное напряжение. — Великие магистры, которыми гордился Каменный Предел… Все вымерли или сбежали в теплые края. Остались только ВЫ.

Мужчина плюнул на пол, не скрывая презрения.

— «Найдем мастера стадии Пробуждения»… Где⁈ Где вы, идиоты, найдете его здесь? Провинция пуста.

Мужчина снова посмотрел на меня — на долю секунды взгляд смягчился. Барон коротко кивнул — не как слуге, а как солдату, выполнившему долг.

— Кажется, другого пути нет… — голос Ульриха стал глухим и обреченным. — Вы остаетесь здесь. Пробуйте узорчатую сталь. Пробуйте этот ваш «порошок», о котором говорил парень. Делайте что угодно, но не смейте трогать последние слитки для ритуала без моего приказа.

Фон Штейн развернулся к дневному свету, что лился из одной из ниш, глядя на заснеженные пики, где уже собиралась тьма.