Книга Системный Кузнец VI, страница 125 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Короткий вдох.

И рывок.

Камень под ногами треснул. Ульрих не прыгнул, а вылетел, как болт из арбалета, или камень из пращи, воздух завыл вокруг, сопротивляясь движению. Свет «Кирина» оставлял за собой золотистый росчерк, будто хвост кометы. Барон проревел что-то не связное.

И вместе с ним раздался другой рёв, похожий на голос зверя. Кирин прыгал вместе с Бароном — невидимый, но реальный Дух, запечатлённый в металле, рвался к цели с той же яростью.

Первая волна щупалец.

Тонкие, как волосы, те хлестнули Ульриха со всех сторон. Барон не замедлился, и те остались позади.

Вторая волна.

Толще. Конечности размером с человеческую руку тянулись к нему, пытаясь обхватить и задержать. Ульрих ушёл в сторону, оттолкнулся от одного щупальца, как от трамплина, перевернулся в воздухе и продолжил движение.

Мир замедлился ещё сильнее.

Мужчина видел всё: падальщиков внизу, застывших в прыжке на его людей, стрелы в воздухе — золотистые точки, медленно плывущие к цели, неразборчивые крики воинов. Лица Халвора и близнецов, поднятые вверх, следящие за полётом.

Третья волна — стена из конечностей, настолько плотная, что сквозь неё не пробивался свет. Ульрих почувствовал, как время сжимается, возвращаясь к нормальному течению. Миг на решение.

Зазор.

Слишком узкий для человека, но мужчина был не просто человеком. Ульрих сложился, втягивая руки и ноги, превращая тело в снаряд. Проскользнул в щель, чувствуя, как щупальца скребут по доспехам, оставляя борозды. Холод, слизь и вонь разложения.

Выскочил с другой стороны и увидел ядро, что было уже близко.

Багровое свечение пульсировало в глубине массы, как сердце чудовища или окно в другой мир. В ядре клубилась тьма, в которой мелькали тени — силуэты существ, которых не должно существовать.

«Это она», — понял Ульрих. — «Это её душа и суть.».

Метр.

Полметра.

Расстояние вытянутой руки.

И в последний миг — удар.

Щупальце врезалось в него сбоку, сбивая траекторию. Ульрих почувствовал, как трещат рёбра, как выбивается воздух из лёгких. Боль пронзила тело, но Барон не остановился.

Рывок, затем толчок. Последняя капля Ци, выжатая из резерва.

«Кирин» нашёл цель.

Сзади, краем сознания, Ульрих ощутил, как его люди реагируют. Грифоны на уступах прыгали вниз, бросаясь в гущу щупалец. Эрих и другие лучники бежали, врезаясь в месиво, ища позицию для выстрела в упор — золотистые росчерки летели к ядру с разных сторон.

Другие умирали.

Халвор ревел что-то нечленораздельное, рубя секирой направо и налево. Торстен, хромая на изуродованной ноге, прикрывал брата. Клаус пробивался вперёд, пытаясь создать коридор для лучников.

Кто-то кричал, другой падал, но всё это было далеко — для Ульриха существовало только ядро, и острие клинка, направленное в его сердце.

Острие вошло в ядро — клинок будто пронзил пустоту, и пустота закричала. Звук ударил по ушам с такой силой, что у Ульриха лопнули барабанные перепонки — кровь потекла по щекам. Барон не слышал своего крика, но чувствовал, как вибрируют голосовые связки.

Вспышка.

Золотисто-серебряный свет взорвался изнутри ядра. Руна Кеназ вспыхнула так ярко, что затмила собой всё — тьму, щупальца, даже небо над головой, мир стал белым.

И в этот миг активировалось зачарование — Барон почувствовал, как что-то рвётся из него. Будто невидимая рука залезла в грудь и начала выкачивать жизнь. Ци текла из меридианов, хлестала через рукоять клинка в ядро.