Книга Системный Кузнец VI, страница 66 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Рядом с ним стоял Ориан — алхимик из Верескового Оплота выглядел плохо. Смуглая кожа приобрела нездоровый землистый оттенок, лысая голова блестела от пота, тёмные глаза запали, под ними залегли тени. Мужчина выглядел так, будто не спал несколько дней или перенёс тяжёлую болезнь.

А ещё, по всей видимости, охотники — трое мужчин, стоявших в стороне от остальных, в потрёпанных кожаных доспехах, со следами долгого пути. Первый — коренастый, с широким лицом и сломанным носом, борода короткая, рыжеватая, второй — худой и жилистый, с бритой головой, третий — Йорн.

Одноглазый охотник стоял чуть впереди остальных, скрестив руки на груди — огромный, как скала, с единственным глазом, который смотрел на меня. На изуродованном лице не отражалось никаких эмоций, только усталость и что-то ещё, что не сразу распознал.

Наши взгляды встретились. Йорн едва заметно кивнул — то ли приветствие, то ли признание — ответил таким же кивком и отвёл глаза.

Мастера Горнила уже были здесь — Хью, Серафина и Гюнтер стояли у левой стены. Увидев меня, Серафина чуть заметно кивнула. Рядом с ними — Салим, личный слуга Барона, и ещё несколько человек в богатых одеждах — вельможи, советники, кто-то из местной знати.

Ульрих фон Штейн стоял во главе стола, и одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: произошло что-то страшное. Выражение «лица нет» всегда казалось преувеличением, но теперь понял, что это буквальная правда — кожа Барона, обычно загорелая, приобрела мертвенный оттенок, под глазами тёмные мешки, как синяки, сами глаза — уставшие и потерянные, будто человек заглянул в бездну, а та заглянула в ответ. Седая грива волос растрёпана, мужчина выглядел так, будто его подняли с постели посреди кошмарного сна.

Но когда его взгляд упал на клинок в моих руках, в глазах что-то вспыхнуло. По залу пронёсся шёпот — люди переговаривались, указывая на клинок. Кто-то произнёс «Звёздная Кровь?» так громко, что слышал весь зал.

Я остановился у края стола, встав в образовавшийся полукруг из собравшихся.

— Это то, что я думаю? — произнёс Барон, голос звучал хрипло, будто горло пересохло. Ульрих указал на клинок. — Это…

— Да. — Я поднял Кирин чуть выше, позволяя свету факелов заиграть на гранях. — Клинок из «Звёздной Крови» — осталось установить гарду и рукоять.

Барон медленно обошёл стол. Люди расступались перед ним, как волны перед носом корабля — приближался шаг за шагом, не отрывая взгляда от мерцающего металла.

Остановился в двух шагах. Глаза усталые и покрасневшие — смотрели на клинок с выражением, которое не сразу понял.

— Позволь, — произнёс Барон тихо, протягивая обе руки.

Я медленно вложил клинок в ладони, и в тот момент, когда пальцы Ульриха сомкнулись на металле, произошло невероятное — клинок зазвенел, как если бы кто-то ударил по хрустальному бокалу серебряной ложечкой. Звук заполнил весь зал, отражаясь от стен и потолка, проникая в уши каждого присутствующего, а затем Кирин вспыхнул.

Золотисто-серебристое сияние, которое до этого мерцало в глубине металла, выплеснулось наружу, как вода из переполненного сосуда — по граням побежали такие яркие волны света, что пришлось прищуриться, якоря-шипы засветились. Звон стал громче, а свечение ярче, руна пульсировала алым огнём, будто внутри клинка разгоралось пламя.