Онлайн книга «Системный Кузнец VI»
|
По залу пронёсся гул голосов — удивлённые возгласы, шёпот, кто-то ахнул. Услышал слово «чудо», произнесённое кем-то справа. «Артефакт…» — выдохнул кто-то слева. Фон Штейн стоял неподвижно, держа клинок обеими руками — сияние отражалось в его глазах, и впервые за всё время, что знал его, на лице старого воина не было ни маски правителя, ни маски полководца, лишь изумление. [РЕЗОНАНС!] [Обнаружено критическое совпадение энергетических сигнатур.] Системные сообщения замелькали перед глазами. [Анализ: Энергетические подписи носителя с душой Кирина частично синхронизировались.] [Эффект: Клинок «выбрал» носителя.] [Статус связи: АКТИВИРОВАНА.] [МАГИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ВОССТАНОВЛЕН:] [Предыдущее значение: 52 %] [Текущее значение: 82 % (+30 %)] [УСИЛЕНЫ СВОЙСТВА:] [— «Эхо Кирина»: +60 % урона по Скверне (было +45 %)] [— «Пульсация Воли»: +60 % ментальной защиты (было +45 %)] [— «Жажда Равновесия»: +55 % точности по Хаосу (было +40 %)] [НОВОЕ СВОЙСТВО:] [— «Клятва Стража»: Клинок резонирует с волей носителя. При защите союзников — дополнительное усиление всех характеристик на 15 %.] Я моргнул, пытаясь осознать прочитанное… клинок выбрал Барона? Потому что тот провёл последние дни рядом с умирающим Кирином? Звон начал стихать, сияние убавлять яркость, но не гасло полностью — клинок в руках мужчины продолжал светиться, пусть и мягче, чем прежде. Фон Штейн медленно поднёс клинок ближе к лицу, губы шевельнулись. — Здравствуй, — прошептал мужчина так тихо, что я едва расслышал. — Узнал меня? Клинок мерцнул в ответ. Я стоял, не дыша, остальные в зале тоже замерли — никто не решался нарушить момент. — Что он сказал? — раздался чей-то шёпот сзади. — Поздоровался… — ответил другой голос. — Барон поздоровался с мечом… Фон штейн медленно опустил клинок. Когда повернулся ко мне, в глазах блестела влага, как у человека, который не плакал десятилетиями и разучился это делать, но сейчас оказался застигнут врасплох. — Как ты его назвал? — спросил Барон, голос дрогнул. — Кирин, — ответил, не сразу найдя слова. — Я назвал его Кирин. На мгновение старый воин закрыл глаза, по лицу пробежала волна эмоций — слишком быстрая, чтобы разобрать, а когда снова открыл, сказал: — Хорошее имя. Правильное имя. Мужчина выпрямился, будто стал выше и больше — плечи расправились, грудь вздымалась глубже. Мертвенная бледность никуда не делась, но что-то изменилось — будто разгорелось пламя, дающее силы. Фон Штейн прошёл вдоль зала, не отрывая взгляда от клинка, люди расступались перед ним — дошёл до трона, развернулся и сел. Кирин лёг ему на колени — три грани, девять якорей и мерцающая руна. И тут я увидел, как что-то изменилось в лице Барона — свет в глазах, что вспыхнул при виде клинка, начал гаснуть, как угасает костёр, в который перестали подбрасывать дрова. Плечи, только что расправленные, снова осели. Челюсти сжались. Мужчина смотрел на клинок так, будто видел в нём что-то, чего не видел я — тяжёлое и неизбежное. Барон провёл большой рукой по лицу медленно и устало, будто смывая с себя что-то невидимое, а потом поднял голову. Взгляд Ульриха медленно обошёл зал, останавливаясь на каждом присутствующем — на капитане Родерике, застывшем навытяжку, на сержанте Вернере, который побледнел ещё сильнее, на Йорне, чей единственный глаз был непроницаем, на мастерах Горнила, на вельможах, на алхимиках. |