Онлайн книга «Системный Кузнец VI»
|
Сержант Вернер стоял навытяжку, но я заметил, как дрожит его рука, сжимающая рукоять меча. Капитан Родерик… нет, капитан был другим — на лице нет страха, только сосредоточенность солдата, который смирился со смертью и теперь думает лишь о том, как подороже продать свою жизнь. А Йорн… одноглазый охотник стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Единственный глаз смотрел в пустоту, сквозь стены, в то место, откуда ползла тьма — на лице не было ни страха, ни смирения, только усталость человека, который слишком много потерял, чтобы бояться потерять ещё что-то. Тишина навалилась на зал, как каменная плита на грудь. Слышал собственное сердцебиение, гулкие удары в висках, слышал, как потрескивают факелы на стенах, как шуршит ткань чьей-то одежды, как за окнами воет метель. Никто не говорил и не двигался. Секунда. Две. Три. Считал их машинально, как когда-то считал секунды, стоя перед горящим зданием, ожидая команды на вход. Только теперь не было команды, была только тишина и слова, которые висели в воздухе, отравляя его, как дым. В глубине зала кто-то сглотнул так громко в этой мёртвой тишине, что несколько голов повернулось. Смотрел на людей вокруг и видел, как те переваривают услышанное. Как информация просачивается сквозь слои надежды и отрицания, добираясь до сути и до места, где живёт первобытный страх. Молодой слуга у двери — тот, что разбудил меня — прижался спиной к стене — лицо было белым, как известь. Алхимик в зелёной мантии медленно поднял руку и провёл пальцами по горлу — жест, который не сразу понял. Ориан стоял неподвижно, как восковая фигура. Тёмные глаза были пустыми, словно два провала в черепе. Алхимик из Верескового Оплота выглядел так, будто вся кровь отхлынула от его лица. Тридцать секунд молчания И тогда — прорвало. — Нет… — выдохнул кто-то справа, голос дрожащий и срывающийся. — Это невозможно! — крикнул другой, громче. — Как же… как же стены⁈ — Нужно бежать! — это уже совсем близко, кто-то из вельмож — бежать, пока ещё… — Куда⁈ — рявкнул Халвор, перекрывая нарастающий гул. — Куда бежать, идиоты⁈ На юг? Через перевалы⁈ Зимой⁈ Голоса смешивались, накладывались друг на друга, как волны прибоя — паника быстро расползалась по залу. — … детей спрятать… — … не может быть, это ошибка… — … молиться, нужно молиться… — … а корабли? Есть же река… — … река замёрзла, болван!.. — … мы умрём… Последние слова прозвучали так чётко, что заглушили остальные — не увидел, кто их произнёс. На мгновение все замолчали, а потом шум стал ещё громче. Люди кричали и спорили, обвиняли друг друга. Кто-то из вельмож размахивал руками, требуя внимания, охотники сбились в кучку, переговариваясь быстро и зло. Я стоял посреди хаоса и чувствовал, как браслет на запястье пульсирует холодом. Артефакт работал, сдерживая эмоции, не давая страху захлестнуть разум, но даже сквозь его защиту ощущал тень паники, которая скреблась в груди, пытаясь прорваться. К вечеру. Мысль билась в голове, как птица о стекло. Времени нет, клинок готов, но стрелы… стрелы не готовы. И гарда, и рукоять, и… — Тихо. Голос Барона не был громким, но был тяжёлым и несокрушимым — шум умер мгновенно, как задутая свеча. Фон Штейн поднялся с трона. Движение было медленным, как поднимается из логова старый, израненный лев, но в нём была сила, которая не имеет отношения к мускулам или технике, а идёт из самой сути человека. |