Книга Системный Кузнец VIII, страница 99 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Я не сопротивлялся — моя правая рука обхватила спину охотника.

— Ладно, ладно, задушишь! — прохрипел, стукнув его кулаком по лопатке.

Брок разжал руки, выпуская меня на землю. Я пошатнулся, восстанавливая равновесие.

Охотник шмыгнул носом, провёл рукавом по глазам — то ли пот стирал, то ли что-то ещё.

— Ну что, пацан… — голос стал деловым, хоть и с хрипотцой — кивнул в сторону леса, откуда пришли. — Валим отсюда?

Брок развернулся к Южным Вратам, готовый рвануть прочь.

— Погоди.

Произнёс в спину, заставив охотника замереть.

Усатый медленно обернулся. Улыбка сползла с лица, сменившись прищуром.

— Чего ещё, парень? Дело сделано — цветок у нас, барьер гудит. Вальдар получит своё, мы — своё. Валим, пока ты не околел от яда.

Я покачал головой.

Взгляд скользнул вглубь могильника. Туман в центре плато был гуще и плотнее. Сквозь серую пелену проступал массивный силуэт — Курган Вождей, что нависал над полем мёртвых, как спящий зверь.

— Мы не уходим, — сказал ровно. — А идём туда.

Брок проследил за моим взглядом и сплюнул под ноги.

— Спятил? Туда? В центр? Там лежат Вожди, кузнец — самые старые, самые злые ублюдки этой горы. Те, что при жизни рвали людей голыми руками. Какой дурак полезет к ним в пасть?

— Тот, кто хочет жить и заработать денег, — парировал я. — Расскажи мне про них. Как они спят? Как просыпаются?

Охотник нахмурился, дёргая ус.

— Тяжело они спят. Их ядра мощнее, но и барьер на них давит сильнее всего. Когда мелочь уже прыгает по склонам, Вожди ещё сидят на тронах и пускают слюни. Чтобы их поднять, нужно чтобы поле рухнуло совсем.

— Вот именно, — кивнул я. — Барьерное поле концентрируется к центру, как воронка. Чем ближе к Кургану — тем плотнее давление. Если Алекс не дурак, и если он выжил в первые часы прорыва… то побежал не в лес, где его ждала стая, а туда, где давление самое сильное. Туда, где мертвецы самые вялые.

Мужик открыл рот, чтобы возразить, но щёлкнул зубами и промолчал. Логика ему не нравилась, но крыть было нечем.

— Или он там сдох, — буркнул наконец усатый. — Три дня без еды, без воды, под таким прессом… Там даже мне дышать тяжко будет, а пацану и подавно.

— Мёртвый или живой — нам надо знать. Помнишь, что сказал старик? — отрезал я. — Вальдар платит за информацию, Брок. Не за барьер.

Охотник переступил с ноги на ногу, глядя то на спасительный выход, где было лишь несколько Цзянши, то на громаду в тумане.

— Рискуем шкурами ради трупа, — проворчал он.

— Ради денег, Бро — Вальдар не заплатит, если не будет знать. И отвар не сделает., — я шагнул к нему, глядя в глаза. — А ещё старик сказал, что его сын — гений. Единственный, кто может сшить мои каналы быстрее, чем за десять лет. Мне нужен этот мальчишка, Брок. По-хорошему нужен живым.

Усатый замер, шумно выдохнул, выпуская пар из ноздрей.

— Пять золотых, — проговорил Брок сам себе глухо. — За информацию. Живой или мёртвый. И отвар…

— За информацию, — подтвердил я.

— Ладно, — охотник перехватил топор поудобнее. — Но если я говорю «валим» — мы валим. Без споров. Усёк?

— Усёк.

Я опустил руку к поясу, проверяя дубовый короб. Сердце пропустило удар — при падении приложился бедром о землю. Если цветок помят, всё было зря.

Щёлкнул замок. Приподнял крышку настолько, чтобы заглянуть внутрь.