Книга Системный Кузнец XI, страница 44 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Пойду узнаю, в чём дело, — сказал ей.

Эйра кивнула.

Торн стоял у дальнего края площадки, привалившись к валуну спокойный. Поглядывал по сторонам, но без суеты и нервов — просто наблюдал.

Валерио метался. Ходил кругами возле своего мешка, дёргал застёжки плаща, оглядывался на шатёр, и даже в темноте было видно, как ходят желваки на его аккуратном, благородном лице.

Я подошёл к нему.

— Эй, торговец.

Парень обернулся. Глаза дёрнулись ко мне, потом вниз, на мой голый торс, на рваные штаны, снова вверх. Рот открылся.

Я хотел сказать ему прямо сейчас, в лицо, при всех, про наёмников, про лаз, про кварц, который ему передали из рук в руки. Хотел увидеть, как побледнеют эти ухоженные скулы и как задрожит подбородок. Хотел.

А потом подумал: да ну его к чёрту. И всю эту Гильдию к чёрту.

— Что? — спросил Валерио. Голос напряжённый и резкий.

— Ничего, — сказал я.

Развернулся и пошёл.

Тот человек, гонец или кто это был — пересекал площадку. Быстрый шаг, плащ хлопает по голеням. Я перехватил его, загородив дорогу.

— Что там? Что случилось?

Он посмотрел на меня секунду, не больше. Обошёл слева и пошёл дальше, к тропе, где уже слышалось лошадиное фырканье и скрип колёс.

Кузнецы собирались. Кто-то ругался сквозь зубы, кто-то просто шёл молча, подсвечивая путь огарком факела. Тропа вниз была узкая, крутая, и фигуры спускались одна за другой медленно, как бусины с оборванной нитки.

Я подошёл к Феррасу. Распорядитель складывал бумаги в кожаный тубус. Движения точные и механические. Лицо закрытое.

— Мастер Феррас, что за шум? Почему сворачивается испытание?

Он поднял голову и посмотрел на меня. Глаза глубоко посаженные, тёмные, и в них ничего нельзя прочитать.

— Информация будет доведена, когда потребуется, — сказал он. — Сейчас есть приказ, и я его выполняю. Претенденты спускаются к повозкам, вы в том числе.

— Ясно. — Я кивнул на свой голый торс. — Рубахи не найдётся случайно? Я тут уже полдня так хожу.

Феррас качнул головой отрицательно. Вернулся к бумагам.

— Ясно, — повторил я. — Что ж.

Пошёл к тропе. У начала спуска столкнулся с Марко — южанин тащил на плече тяжёлый кожаный мешок с инструментами, который, видимо, его попросили донести.

— А, северянин, — сказал он. — Видал? Суета какая-то. Может, опять нарушения нашли. Или ещё какая бесовщина. Нам они не скажут, и пытаться не стоит. Знаю я этих, в чёрных камзолах.

Он перехватил мешок поудобнее.

— Лучше уж добраться назад, поесть по-человечески, а там объявят. Наверняка объявят. Не могут же они нас в неведении держать бесконечно.

— Да, — сказал я. — Наверное.

Нас набилось шестеро: я, Эйра, Торн, Марко, и ещё двое, которых я не знал по именам. Один худой, с длинным носом, второй приземистый, квадратный, оба молчали.

Мулы тронулись. Копыта зацокали по щебню, и повозка качнулась, поползла вниз по серпантину. Луна вышла из-за облаков, залила склон белым светом. Я оглянулся. На площадке ещё горел огонь у шатра, и рядом с ним стояли фигуры — двое помощников Ферраса, сам Феррас. Ждали тех, кто не вышел из трубок. Несколько кузнецов так и не появились. Члены совета, по всей видимости, тоже еще остались внутри шатра.

— Ну что, северянин, — сказал Торн. Сидел напротив, колени расставлены. — Нашёл достойный камень?

Я улыбнулся.