Онлайн книга «Укротитель Драконов 1»
|
Больше сказать было нечего. Слова закончились, и я просто сидел, борясь с комом, поднимающимся из груди к горлу, и смотрел в янтарный глаз с вертикальным зрачком. Зрачок реагировал — сузился, расширился. Словно что-то внутри дрейка откликнулось на то, что я сказал. Или на то, как сказал. Система мигнула на краю зрения. [Грозовой дрейк — обновление] [— Апатия: [██████░░░░] 58 % ↓] [— Готовность к контакту: [██░░░░░░░░] 22 % ↑] [— Новый параметр зафиксирован:] [Распознавание оператора: ДА] [(дрейк идентифицирует оператора] [как отдельную особь, отличную от прочих)] Апатия упала на десять пунктов. Готовность к контакту поднялась. И этот последний параметр — «распознавание». Он меня запомнил, выделил из остальных. Рёв обрушился сверху, с яруса над загонами, и разбился о стены многоголосым эхом. Грохот железа — кто-то бил по прутьям, сильно и размашисто, металл гудел и визжал. Сразу несколько голосов: грубые, командные, с тем характерным тоном, от которого внутри всё стягивается в узел. Псари. Утренний обход, кормление, проверка, рутина. Удар по клетке — звон пошёл по ярусу. Чей-то рык из соседнего ряда. Удар. Ещё удар. Ругань. Дрейк вздрогнул. Массивная голова рывком поднялась, шея выпрямилась, и он смотрел уже не на меня, а в сторону звуков, в сторону шагов и железа. Морда повернулась, и я увидел его целиком: тяжёлую челюсть в наморднике, складки кожи на горле, напрягшиеся мышцы. Голубые прожилки на гребне вспыхнули и погасли. Затем зверь посмотрел на меня в упор. Глаз жёсткий, суженный, с тем холодным блеском, который бывает у хищника, когда мир вокруг снова становится тем, чем был всегда. Клетки, цепи, крики, удары. И человек перед решёткой — часть того же мира. Я сидел и смотрел, как он очень медленно опускает морду обратно на камень. Тяжело, будто каждый сантиметр давался с невероятным усилием. Глаз закрылся. Гребень сложился. Серо-синяя стена из чешуи встала между нами. Система обновилась. [Грозовой дрейк — обновление] [— Апатия: [███████░░░] 65 % ↑] [— Готовность к контакту: [█░░░░░░░░░] 12 % ↓] Челюсти сжались так, что заскрипели зубы. Минуту назад — прорыв. Контакт. Он смотрел на меня и видел. А теперь — всё насмарку, потому что какой-то ублюдок наверху решил погреметь железом. Работать с ним здесь — всё равно что лечить раненого на поле боя, пока вокруг свистят пули. Каждый шаг вперёд, каждый миллиметр доверия стирается одним ударом кнута в соседней клетке. Пока вокруг него этот мир — крики, боль, железо, — любая моя попытка будет упираться в его стену. И стена будет стоять, потому что она защищает его от всего. В том числе от меня. Послышался топот: молодой Псарь шёл по проходу. Широкоплечий, с кнутом на поясе и той развинченной походкой, которая бывает у людей, привыкших, что им уступают дорогу. Он поравнялся с клеткой Грозового, скосил глаза, увидел меня на камне, вплотную к прутьям, и заржал. Высокий, мерзкий смех, от которого хотелось зажать уши. — Глянь, — бросил он кому-то за спиной. — Этот всё сидит. С Грозовым. Приручает, а? Ещё бы песенки ему спел! Противный смех. Я встал, отряхнул штаны и прошёл вдоль клетки обратно к переднему проходу, мимо ухмыляющегося Псаря. Сохранял лицо, потому что лицо — это всё, что у тебя есть, когда внутри всё кипит, а снаружи ты Червь. Эмоции мешают думать, а они мне сейчас не нужны. |