Книга Системный Алхимик VII, страница 111 – Павел Шимуро

Классическая схема… Прямо как в каком-нибудь фэнтезийном романе.

— А что сегодня за число? — спросил у неё, проверяя степень дезориентации.

— Четырнадцатое… нет, подождите… — она снова нахмурилась. — Нет, не может быть четырнадцатое — мы же вчера праздновали день рождения соседки…

Значит, потеря памяти действительно была — хорошая новость, ведь судя по состоянию девушки, резонанс энергий не только уничтожил паразита, но и освободил жертву без серьёзных повреждений мозга.

Байер тем временем проверял остальных двоих — мужчину средних лет в ремесленной одежде и пожилого торговца. Оба были без сознания, но дышали.

— Этот просыпается, — сообщил он, указывая на ремесленника.

Мужчина пришёл в себя примерно так же, как Лина — сначала дезориентация, потом частичная потеря памяти, потом постепенное возвращение ясности мысли. История заражения была похожей — встреча с подозрительным незнакомцем, который предложил что-то слишком хорошее, чтобы быть правдой.

— Меня зовут Филипп, — представился мужчина, когда мы помогли ему сесть у стены. — Я кузнец… работаю в оружейном квартале. Тот человек сказал, что у него есть особый металл… очень дешёвый, но качественный…

— И вы поверили?

— Времена тяжёлые — заказов много, а хорошего металла не хватает… — он виновато опустил голову. — Подумал, авось действительно прокатит.

Жадность, любопытство, отчаяние… Агенты Солдерс играли на человеческих слабостях, заманивая жертв в ловушки — простая и эффективная схема.

Третий выживший является пожилым торговцем. Он очнулся, когда мы уже собирались его перенести. Его история была самой банальной — кто-то предложил купить редкие ткани по смехотворно низкой цене. Самое интересное, что здесь нет простых людей — только торговцы, отвечающие за ту или иную профессию, жизненно необходимую для продолжения войны.

— Господин алхимик, — обратился ко мне мужчина, когда я помог ему встать на ноги. — А что с нами теперь будет? Мы… мы ведь были заражены, да?

Хороший вопрос. Формально эти люди были жертвами, а не преступниками. однако они также могли быть носителями остатков инфекции или подсознательных программ, заложенных паразитами.

— Пока не знаю, — честно ответил на его вопрос, — Вас нужно показать лекарям — убедиться, что заражение полностью прошло. А пока… пока вы остаётесь под наблюдением.

— Под наблюдением? — испуганно переспросила Лина. — Это значит… как в тюрьме?

— Нет, — покачал головой. — Скорее как в лазарете. В ваших же интересах убедиться, что вы полностью здоровы.

Люди переглянулись, но спорить не стали. Видимо, смутно понимали серьёзность ситуации.

Теперь нужно разобраться с остатками лаборатории. Стол, за которым работала женщина-контролёр, был завален разбитыми колбами, алхимическими приборами и какими-то записями. Большую часть оборудования она успела уничтожить при отступлении, но кое-что осталось.

Я подошёл к столу, стараясь не наступать на осколки стекла. Среди обломков виднелись остатки перегонных кубов, мензурок, каких-то металлических приспособлений неизвестного назначения. Но главное — несколько листов пергамента с записями, которые незнакомка не успела сжечь.

— Байер, помоги собрать всё, что может представлять ценность, — попросил его, разбирая бумаги. — А потом сожжём остальное.