Книга Монарх V, страница 46 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

— А если… — охотник не решался взять артефакт, словно это была змея.

— Вы же сами попросили о дополнительных крепостях… Это компактнее, и функции те же. Если через месяц после активации хоть один монстр прорвется — я лично заплачу ордену тройную стоимость. Если нет… — Я наклонился ближе, и моя тень вдруг стала неестественно длинной, коснувшись лица Анаксандера. — Вы поставите эти артефакты в каждый порт, каждую заставу. И будете молиться, чтобы у вас хватило денег всё это купить.

Тишина. Атлас первым нарушил ее, схватив кристалл своей лопатообразной ладонью. Руна на костяной оправе вспыхнула синим, отразившись в его глазах.

— Пари, — прохрипел столп. — Если сработает — орден платит двойную цену за первую партию. Если нет… — Он оскалился, показывая шрамы на шее. — Ты ответишь головой.

Я даже бровью не повел на угрозу. Я прекрасно осознавал, что эти люди уважают только ставки со смертельным исходом.

— Принимается. — Моя рука сжала предплечье Атласа в воинском приветствии. Кожа охотника обожгла ладонь — столпы ордена всегда горели лихорадочным жаром, словно их тела были выкованы в адском огне.

Анаксандер выдохнул, согласившись с решением спутника.

— Как вы собираетесь производить столько артефактов? — спросил он, уже мысленно подсчитывая убытки. — Такие кристаллы… Их должно создавать целое созвездие магов.

Я улыбнулся и вытащил из кармана шелковый платок, затем развернул материю. Внутри лежал мертвый цветок — черная роза с ледяными шипами. Я давно готовился к этому разговору.

— Видали ли вы сады Сириуса Эридана? — Я подул на цветок, и тот ожил, лепестки заплясали, превращаясь в миниатюрных дракончиков. — Каждый артефакт — семя божественного древа. Они растут сами… если верить в них.

Охотники переглянулись. Даже Атлас сглотнул, следя за моей виртуозной иллюзией. Ледяные драконы пожирали друг друга, рассыпаясь алмазной пылью. В этом жесте была угроза, поэзия и обещание силы, против которой бессильны все чудовища мира.

У охотников не оставалось иного выбора, как подчиниться моей воле. Вся их напускная бравада была основана на уязвленной гордости, но оба уже догадывались, что на пороге стола новая эпоха… Эпоха, где Орден Зверя будет не нужен. А тут я им давал шанс наложить лапу на распространение артефактов по всему миру. Я одним выстрелом убивал двух зайцев: решал проблему с гоном и подчинял себе самую могущественную организацию на Земле.

— Через неделю первый груз прибудет в вашу цитадель, — Я спрятал платок, словно закрывая тему. — А пока… — Я кивнул в сторону фуршетного столика, где слуги разливали вино цвета малинового заката. — Попробуйте крымское рубиновое. Говорят, его выдерживают в серебряных бочках. Довольно… бодрящий вкус.

Анаксандер застыл на секунду, потом резко рассмеялся — сухо, как треск летнего бурелома.

— Вы странный человек, Глеб Ярославович. — Он повернулся к столу с винами, но бросил через плечо: — Надеюсь, ваши дракончики не сожрут нас раньше чудовищ и мы сохраним хотя бы видимость автономности.

— Полно вам! — оскалился я. — Не сомневайтесь. Я же не зверь…

— Действительно… Вы гораздо хуже.

* * *

Зал замер, словно попав под ледяное заклинание. Даже пламя в хрустальных канделябрах замедлило свой танец, завороженное появлением Анастасии. Она стояла на вершине мраморной лестницы, ее силуэт вырисовывался на фоне витражного окна с гербами династий. Платье из серебристого шелка, расшитое жемчужными нитями, переливалось, как лунная дорожка на воде. Рукава, сотканные из дымки, обнажали изящные запястья с браслетами в виде воркующих орлов — фамильной реликвии дома Годуновых. Но больше всего поражали глаза: холодное серебро северного льда, растаявшее в тот миг, когда ее взгляд встретился с моим.