Книга Бремя власти IV, страница 49 – Иван Ладыгин

В дверях возник Коловрат. Его исполинская фигура загородила скудный свет утра. Его бесстрастный взгляд скользнул по людям, оценивая их состояние, потом уперся в меня. Он видел мою усталость, мою изможденность, дрожь в руках, которую я пытался скрыть.

Он молчал несколько томительных секунд. Потом его каменное, непроницаемое лицо смягчилось. Всего на долю миллисекунды. Уголок его рта дрогнул. Это было почти незаметно. Но это было. Высшая форма одобрения, на которую был способен этот человек.

— Не умер, — хрипло констатировал он. — Молодец. В принципе, я в тебе не сомневался. Теперь ты знаешь, с чем еще здесь приходится возиться. Не только с ордами демонов, но и с самой Бездной. Она хочет сожрать этот мир. Хочет, чтобы он сам захлебнулся в своем отчаянии. Ты отлично держал щит и дал мне выспаться! Я твой должник. — Он сделал паузу и с удовольствием потянулся. — Но скоро сюда придут ребята поинтереснее. Будем готовиться.

— А когда уже на демонов пойдем? — рискнул спросить великана Игорь.

— Несколько волн покромсаем, перекусим и пойдем запечатывать порталы. — хищно оскалился Коловрат.

— Отлично! Мне нравится твой план. — усмехнулся я. — Но сперва угости меня своим мясцом. Уж больно приятный аромат у твоей вяленой дичи. Аж слюнки текут, как попробовать хочется!

Олег понятливо хмыкнул. А Песец, знавший о моих вкусовых пристрастиях, невольно перекрестился… Жрать мясо демонов — не каждый сдюжит.

«Тёща — это адвокат жены, в судебном заседании, где пострадавший зять всегда подсудимый.»

Любовь Истомина

Ясный осенний денек встретил нас прохладным дыханием ветра, но после вчерашней ночи он казался райским блаженством. Воздух был прозрачным и острым. Солнце сверкало бледным диском на сером небосводе.

Я сидел на обрубке бревна у дымящегося костра посреди двора цитадели Коловрата и чувствовал себя… человеком. Не императором, не боевой машиной, не древним духом в чужом теле. Просто человеком, который устал, выжил и теперь хочет немного тепла и простого человеческого общения.

Вчерашняя ночь, эта бесконечная ментальная битва с самим дыханием Бездны, сорвала последние маски. Поддерживая щит для всей команды, я не мог одновременно удерживать и иллюзию Николая. Истинный облик — янтарные глаза, царственная осанка, та самая древняя сила во взгляде — проступил сквозь привычные черты, как изображение на проявленной фотографии.

И сейчас я сидел таким. Без маски. На меня смотрели мои охотники.

Они знали, конечно. С самого начала знали, что Соломон Козлов и Император — одно лицо. Но знать — одно дело. А видеть вот так, в упор, после адской ночи, когда этот самый император держал их рассудки на волоске… Им было непривычно. Слегка не по себе. Взгляды скользили по мне, цеплялись, отскакивали. Даже Васька Кулак, обычно такой бравый, потупился, разглядывая сапоги.

Но громыхание Коловрата иногда резало неловкую тишину.

— Ну что уставились, как бараны на новые ворота? — Он с грохотом поставил на землю здоровенный чан с маринованным мясом. От него пахло дымом, специями и чем-то кислым. — Император у нас, слава Богу, не сопливый мальчишка-недоносок! Силенок ему не занимать! Это радует! А то я уж думал, изнеженный столичный щеголь к нам пожаловал.

Он хлопнул меня по плечу с такой силой, что обычного человека бы просто расплющило. Я лишь качнулся, усмехнувшись.