Книга Варяг II, страница 105 – Иван Ладыгин

Эйвинд и Лейф синхронно сделали шаг вперед, их лица вытянулись.

— Поединок честный! — рявкнул один из людей Сигурда, преграждая Эйвинду путь обнаженным мечом. Остальные хускарлы моего заклятого врага мгновенно сомкнули круг, оттесняя дозорных Бьёрна. Их было больше. Напряженность повисла в воздухе, густая, как смола. Не хватало только спички для катастрофы…

Я отчаянно защищался, демонстрируя все, что умел, все, чему научился в этом жестоком мире. Уходил от сокрушительных ударов, парировал, пытался находить мгновения для коротких хлестких контратак. Но Сигурд был сильнее, свежее, и его слепая, питаемая завистью и злобой ненависть придавала его ярости звериную силу. В какой-то момент он сделал обманное движение, и когда я, измотанный, среагировал на него, его тяжелый клинок со всей дури ударил по моему, прямо у эфеса.

Оглушительный лязг железа о железо прокатился по мысу. Мой меч вылетел из онемевшей руки, описал в воздухе дугу и с глухим стуком упал на камни в двух шагах от меня, у самого края пропасти.

Я замер, почувствовав страшную пустоту в руке. Сигурд в следующее же мгновение приставил острие своего клинка к моему горлу. Холодное железо с силой впилось в кожу. Я почувствовал, как по шее струится теплая кровь от небольшого, но противного пореза. Еще один шаг назад — полшага — и я сорвусь с этого обрыва, вниз, на острые скалы и пенящуюся воду.

— Я думал, ты сильнее, — с нескрываемым презрением сказал Сигурд. Его холодные и жестокие глаза впились в меня. — Все слухи о тебе — ложь. Ты всего лишь болтун и выскочка. Смерд, возомнивший себя ярлом. Прах, который скоро сдует ветер.

Он надавил лезвием сильнее, вворачивая его в рану. Боль стала жгучей. Я смотрел ему в глаза и видел в них неподдельное наслаждение. Он медлил, растягивая момент, наслаждаясь моим унижением, своей властью и безнаказанностью перед лицом своих людей и воинов Бьёрна.

И в этот миг, когда казалось, что выхода нет и судьба моя решена, с нижнего яруса укреплений, у самой кромки воды, где стояли часовые, прозвучал протяжный звук рога. Один. Два. Три раза. Сигнал тревоги.

Мы все, как по команде, повернули головы на восток, через плечо Сигурда, туда, где море сливалось с небом.

На горизонте, выплывая из утренней морской дымки, как призраки из саг, возникли паруса. Сначала несколько. Потом десятки. А затем и силуэты длинных, низких, зловещих драккаров с вздернутыми носами-головами драконов. Они шли строем, клином, растянувшись по всему видимому пространству, неумолимой железной армадой. И на самом крупном, в центре этого стада морских хищников, реял огромный, черный стяг с вышитыми переплетающимися молниями, бьющими в центр щита.

Флотилия Харальда Прекрасноволосого. Она была здесь.

Я холодно, без тени страха, отвел ладонью клинок Сигурда от своего горла. Взглянул ему прямо в глаза. В них уже не было торжества — лишь досадливая, быстрая, как вспышка, злоба, что момент упущен, зрелище испорчено, его маленький триумф перечеркнут большей, настоящей угрозой.

— Спасибо за поединок, ярл, — сказал я, и мой голос прозвучал удивительно ровно и спокойно. Я наклонился, поднял с земли свой тренировочный меч. — Но сейчас, может, займемся войной? Похоже, у нас появился общий враг…

Я отвернулся от Сигурда. Море внизу казалось холодным и свинцовым. Его усеивали белые гребешки волн. Чайки, словно предвестницы бури, с пронзительными криками метались над водой, их тени скользили по скалам. А на горизонте, из утренней дымки, выползала «чума» Харальда.