Книга Мужчина в тени, страница 70 – Мария Воронова

— В смысле расстаться?

— Ну если ты так хочешь…

Куртка была уже надета, и Зоя пошла к выходу, лавируя между столиков. Каждая мышца тела трепетала и тянула ее обратно, немедленно обнять Диму, признать, что он прав, во всем прав! Существует ли загробная жизнь, неизвестно, но Зоя точно знала, что если да и дедушка сейчас наблюдает за ней с небес, то он не обидится на это предательство. Счастье внучки для него всегда было превыше всего. «Хоть горшком назови, только в печку не ставь», — любил повторять он. Он даже сбрил свою любимую ленинскую бородку, потому что Зоя не хотела быть единственным человеком в семье, который никогда не видел деда без бороды.

Всего-то сейчас согласиться, что родной дед, который к каждому празднику мешками получал открытки от спасенных им в блокаду людей, был беспринципной сволочью, и все. И она снова будет вместе с любимым.

Одно только слово, но Зоя шла, не оборачиваясь, надеясь, что вот сейчас Дима ее догонит. Но шаг следовал за шагом, секунда за секундой, а она все еще брела вперед одна.

* * *

Гортензия Андреевна наконец разобралась с самыми неотложными учительскими делами и приехала к Ирине. Приехала и мама с новостями и внушительным отрезом древней, стало быть, добротной ткани, случайно обнаруженным на антресолях.

Изучив это наследие далеких предков, Гортензия Андреевна немедленно расчехлила швейную машинку, решив пошить Егору «прекрасные брючки», а Володе «замечательный костюмчик с жилеточкой». Следующие полчаса все три женщины гонялись за будущим обладателем костюмчика, который решил, что снятие мерок — это увлекательная игра, нечто среднее между прятками и пятнашками. Когда же его ловили, Володя извивался под сантиметром, как пролетарий под своими цепями, и снять точные показания было совершенно невозможно.

Когда это все-таки удалось, все так устали, что шить уже не могли, поэтому немного перевели дух и отправились гулять в парк.

Мама купила Ирине мороженое, Володя набрал полные карманы желудей, а Женя впервые в жизни увидел белочку, снующую вверх и вниз по узловатому шершавому стволу старого дуба, и пришел в неописуемый восторг.

Не спеша дошли до площадки с аттракционами. Володю прокатили на самой детской карусельке, а Ирина с Егором пошли на клетки-качели.

Они вдвоем стали синхронно раскачиваться, и так хорошо пошло у них дело, что их клетка подлетала выше всех. Почти выше старого приземистого дуба, а далеко-далеко внизу они видели Гортензию Андреевну с мамой и младшими детьми. Володя энергично махал Ирине свободной рукой и подпрыгивал.

И так ей вдруг стало хорошо, что она сильная, а рядом почти взрослый сын, такой же сильный, как она, и они работают слаженно и дружно. Ветер треплет волосы, а они забираются все выше в небо…

Бывает, что самый обычный день вдруг дарит самое яркое воспоминание, жемчужину чистой радости, не замутненную обязательствами и обманутыми ожиданиями.

А какое-нибудь эпохальное, долго предвкушаемое событие оставляет тягостный, даже грязноватый след, а то и вовсе испаряется из памяти.

Пользуясь хорошей погодой, они пробыли в парке до самого вечера, и младшие дети так нагулялись и пропитались кислородом, что заснули, едва поужинав.

Ирина полагала, что тоже отключится, как только голова коснется подушки, но ничего подобного. В первый раз после рождения Володи ей не хотелось спать.