Книга Ангел скорой помощи, страница 129 – Мария Воронова

Сначала они с Надей, посчитав общие капиталы, хотели расписаться по-тихому, но новость об их бракосочетании быстро распространилась на работе, и в итоге желающих их поздравить набралось больше ста человек.

Тетя Люся, с одной стороны, одержимая идеей, чтобы все было как у людей, а с другой – понятия не имеющая, где взять денег прокормить такую ораву, заметалась, но внезапно администрация академии, узнав, что замуж выходит не кто иная, как «Женина дочка», организовала шикарный банкет в клубе, оставив для жениха только необходимость разжиться алкоголем. В загсе им выдали талоны на вино и водку, но проще было накормить толпу пятью хлебами, чем напоить гостей пятью бутылками, положенными по норме.

Костя приготовился стоять в очередях, ибо в магазинах тоже отпускали не сколько хочешь, а две штуки в одни руки, но тут расщедрился Владимир Андреевич, призвавший коллег потрясти закрома и поскрести по сусекам ради такого дела.

Благодаря взаимовыручке в перспективе вырисовывалось шикарное торжество за смешную сумму. Вдруг оказалось, что Костя окружен людьми, которые его любят, искренне за него рады и готовы помочь. Это было странно, но очень приятно.

Омрачало радость лишь одно: разрыв с отцом.

Костя звонил ему и даже приезжал домой, но папа бросал трубку и не открывал двери.

Лишь однажды, прежде чем с хрустом положить трубку на рычаг, процедил:

— Ты сделал свой выбор, пользуйся теперь его плодами.

Это было грустно и тяжело, потому что только сейчас Костя понял, что любит отца, но странное дело, с Надей он был счастлив так, что спокойно принимал несовершенство мира и то, что очень редко на долю человека выпадают секунды, когда он совершенно свободен от боли и тревог.

* * *

Ян радовался за товарища, меж тем как его собственные дела шли не очень хорошо. После возвращения из Красноярска Соня избегала встреч с ним, порой даже не утруждая себя благовидными предлогами.

Он терпел до тех пор, пока Соня не сказала, что не пойдет к Косте на свадьбу. Тут Ян уже не выдержал и потребовал откровенного разговора.

Влюбленный Константин Петрович целыми днями торчал у своей Нади, квартира, таким образом, была свободна, и Соня приехала к Яну, такая бледная и грустная, что вся злость у него мгновенно испарилась.

— Что с тобой? Ты здорова?

— Абсолютно.

— Тогда что происходит? Ладно, ты не хочешь меня видеть, хотя я и не понимаю почему, но что ты не идешь со мной на свадьбу, это вообще ни в какие ворота! Что я там как дурак должен один сидеть?

— Сиди как умный, – огрызнулась Соня.

— Я просто не понимаю, в чем дело? Константин Петрович человек, конечно, своеобразный, но он мой друг, а что подумает, если я приду без тебя? Что моя невеста презирает его жену? И как мне с ним после этого прикажешь общаться?

— Нормально. Скажешь, что Оля моя подруга и я не иду из солидарности с ней.

— Это чушь полная.

— Нет, не чушь!

— Нет, чушь! Выходит, для тебя подруга важнее жениха, так, что ли?

Соня нахмурилась.

— Да, ты знаешь, так и выходит, – протянула она удивленно, будто сделала важное и неожиданное открытие.

— Рад слышать, что я у тебя на сто десятом месте, – огрызнулся Ян и рванул на кухню курить, с трудом сдержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.

Соня вышла к нему и тоже взяла сигаретку.

— Не получается у нас, Ян, – вздохнула она, – никак не получается.