Книга Души моей палач, страница 103 – Ульяна Соболева

— Глупый... упрямый... лис...

— Твой глупый упрямый лис.

Шаманка начинает петь. Древние слова, которых я не понимаю. Воздух густеет, пахнет озоном и кровью.

Чувствую, как что-то вытягивается из моей груди. Не больно — я не чувствую боли. Нопусто. Словно часть души уходит через рану в её тело.

Забирай. Забирай всё. Мне не нужна жизнь без тебя.

Не знаю, сколько проходит времени.

Минуты? Часы? Вечность?

Мир тускнеет. Краски блёкнут. Звуки отдаляются. Я чувствую, как слабею — впервые в жизни чувствую собственную слабость, и это странно, непривычно,правильно.

Если это цена за её жизнь — плачу с радостью.

— Довольно! — голос шаманки прорывается сквозь туман. — Ещё капля — и умрёте оба!

Не хочу останавливаться. Хочу отдать всё. Всего себя.

Но её рука сжимает мою.

— Хватит, — шепчет она. Голос сильнее, чем раньше. Щёки порозовели. Глаза — открыты.Живые. — Хватит, мой принц. Я чувствую. Яживу.

Смотрю на неё.

Рана на груди закрывается — медленно, как цветок, складывающий лепестки на ночь. Чёрные вены яда отступают, бледнеют, исчезают.

Она жива.

Она будет жить.

Улыбаюсь. Или пытаюсь — губы не слушаются.

— Хорошо, — шепчу, и мир окончательно гаснет. — Это... хорошо...

Темнота.

Просыпаюсь от её голоса.

— Цзюе! Цзюе, очнись! Пожалуйста!

Открываю глаза. Тяжело, словно веки налиты свинцом.

Она склонилась надо мной. Лицо мокрое от слёз, волосы растрёпаны, на ханьфу — пятна крови.Моейкрови.

Красивая.

Самая красивая женщина в мире.

— Эй, — хриплю, пытаясь поднять руку. Не получается. — Не плачь. Ненавижу, когда ты плачешь.

— Ты идиот! — она бьёт меня кулаком в грудь. Слабо, почти нежно. — Чуть не умер! Ради меня! Зачем?!

— Забавно. Ты спросила то же, что я спрашивал час назад.

— Это другое!

— Почему?

— Потому что ты — принц! Наследник! Будущий император! А я — просто...

— Ты — моя жизнь. — Нахожу силы взять её руку. — Моё сердце. Моя душа. Без тебя — я снова стану пустой оболочкой. Статуей. Мёртвым среди живых. Разве это жизнь?

Она молчит. Слёзы текут по её щекам, но она улыбается.

— Мы оба идиоты.

— Да. Идиоты, которые любят друг друга.

— Это... — всхлипывает и смеётся одновременно, — ...это худшее признание в любви за всю историю.

— Знаю. Но это правда.

Она наклоняется и целует меня.

Нежно. Осторожно. Как целуют что-то хрупкое и бесценное.

Вот оно — счастье. Вот ради чего стоит жить. Вот почему я отдал бы всю кровь до капли.

Ради этого поцелуя.

Ради неё.

За окном встаёт солнце.

Новый день. Новая жизнь.

Мы выжили. Вопреки всему — выжили.

И теперь никто и ничто не разлучит нас.

Никогда.

血浓于水，爱重于血；为你流尽最后一滴，只为见你再次睁眼

Xuè nóng yú shuǐ, ài zhòng yú xuè; wèi nǐ liú jìn zuì hòu yī dī, zhǐ wèi jiàn nǐ zài cì zhēng yǎn

«Кровь гуще воды, любовь тяжелее крови; отдам последнюю каплю за тебя, лишь бы увидеть, как ты снова откроешь глаза»

В китайской культуре кровь символизирует жизненную силу — 气血 (qì xuè), энергию, которая течёт через всё живое. Отдать свою кровь ради другого считалось высшей формой жертвы и любви. Древняя легенда рассказывает о лисе-оборотне, который отдал всю свою магическую силу, чтобы спасти смертную возлюбленную от проклятия. Он стал обычным лисом, потерял разум и память, но она узнала его и заботилась до конца его дней. Когда он умер, она похоронила его под сакурой, и каждую весну дерево цвело красными цветами — цвета крови, цвета любви, цвета жертвы. Эта история учит: истинная любовь измеряется не словами и клятвами, а тем, что ты готов отдать. И нет дара ценнее, чем сама жизнь.