Книга Орден Разбитого глаза, страница 425 – Брент Уикс

Он вскинул голову, услышав какой-то звук снаружи.

— Я слишком здесь задержался. Подумай как следует, Диакоптес, не то этой ночью разбитыми окажутся не только твои мечты!

Андросс коснулся световой панели на стене и вышел, оставив Кипа в темноте.

Черный люксин

— Мама! – ору я. – Мама-а!

Как обычно, я стремглав влетаю в дом с улицы. Яррэ останавливает меня едва ли не прежде, чем я успеваю переступить порог. Ее суровая фигура появляется в дверном проеме, двигаясь быстрее, чем можно было бы ожидать при ее объемах.

— Башмаки, молодой господин! Снимите башмаки!

Я по очереди поддеваю задники башмаков и скидываю их где попало, не задумываясь.

— Где она, Яйя?

— В саду, Дазен. Но она…

Я уже бегу туда. Рабы обустраивают наш новый дом на Большой Яшме: вытирают пыль, раскатывают ковры, стирают постельное белье, расставляют мебель. Двое молодых людей в безрукавках, с узловатыми мускулистыми руками, несут шезлонг вдоль коридора. Я наращиваю скорость. Они не замечают меня до последнего момента. Я вижу, как расширяются их глаза, когда они понимают, что мы вот-вот столкнемся. Их мышцы напрягаются…

В последнюю секунду я бросаюсь на колени, проскальзываю под тяжеленным шезлонгом и с победным улюлюканьем снова вскакиваю на ноги.

— Ах вы… молодой мастер! У меня чуть сердце не разорвалось! – кричит мне вслед один из них.

Отлично! Теперь, после того как он на меня прикрикнул, я знаю, что он не донесет о случившемся моему отцу, разве что я сам на него наябедничаю.

Еще дальше посреди коридора стоит кровать, но ее никто никуда не несет. Я прыгаю на нее, намереваясь проскользнуть сверху, но запутываюсь в пыльном покрывале и падаю на пол с другой стороны, больно ударившись коленом. Покрывало тащится за мной еще добрых двадцать шагов, прежде чем мне удается высвободиться. Я оставляю его валяться на полу, а сам – весь в пыли, прихрамывающий – выбегаю в сад.

— Мама! – кричу я.

— Дазен, я здесь. Иди сюда, познакомься…

Но я уже бегу к ней и прыгаю прямо ей в объятия. Она со смехом подхватывает меня и кружит, однако после одного оборота ставит на землю.

— Дазен, ты уже слишком большой, чтобы… но что это? Ты весь перепачкался! – Я оставил, наверное, с семерушку пыли на ее красивом голубом платье.

— Прости, мама! – говорю я, зная, что она сердится не всерьез.

Она вздыхает:

— Что с тобой поделаешь… Дазен, я хочу, чтобы ты познакомился с моей гостьей и дорогой подругой, леди Янус Бориг.

Леди Бориг сидит на одном из кованых чугунных кресел. Она стара. Ее волосы, наполовину рыжие, наполовину седые, гладко причесаны и убраны под шляпку; у нее длинный нос и живые глаза. Она курит пенковую, с длинным чубуком трубку, украшенную рубинами. Поблекшие веснушки на ее руках и проблески рыжины в волосах свидетельствуют о ее кроволесском происхождении.

Гэвин обучал меня старинным придворным ритуалам сатрапий.

— Мама…

— Дазен, поприветствуй же нашу гостью.

— Мама, дай мне твою шаль, пожалуйста.

Я принимаю позу, которую мой наставник называет «надлежащей позицией маленького дворянина». Мать протягивает мне шаль; я накидываю ее на плечи и расправляю, после чего склоняюсь в изысканном поклоне, какие были в ходу у старых придворных Лесного Двора. (Вообще-то, чтобы сделать это по всем правилам, нужен плащ.)