Книга Слепящий нож, страница 191 – Брент Уикс

Как он сюда попал? Забрался по стене дома и влез в окно сразу после того, как она вышвырнула его из своей гостиной? Так быстро? И что, никто не увидел?

Охваченная яростью, Аглая принялась метаться, и тогда он ударил ее кулаком в живот – с такой силой, что она задохнулась и непроизвольно прикусила кляп. Устройство напоминало лошадиный трензель, но остро заточенный: металл безжалостно врезался ей в зубы и язык. Она тут же постаралась раскрыть рот как можно шире.

Спустя несколько мгновений Аглая оказалась привязанной к собственному креслу широким кожаным ремнем. Мастер Шарп отступил назад, поправляя свою бахрому оранжевых волос, растрепавших во время борьбы. Жемчужное ожерелье выскользнуло из-за ворота его рубашки – и тут Аглая поняла, что это вовсе не жемчуг.

— Вы можете кричать, – негромко произнес он. – Когда только пожелаете. Но если вы это сделаете, я ударю вас в подбородок. В кляп, который на вас надет, вделаны маленькие резцы, расположенные напротив зубов. Если я правильно оценил размеры вашей челюсти, они должны разбить каждый зуб сверху донизу на четыре аккуратные части. Впрочем, мне пришлось работать наспех, так что, возможно, результат будет далек от совершенства. Увы! И боюсь, после этого я не смогу извлечь ваши зубы самостоятельно, так что вам придется обратиться к другому мастеру, менее искусно владеющему клещами. Но…

Он пожал плечами, словно бы говоря: «Что ж поделаешь!»

— Вот здесь, на нижней строчке. Если вы станете усложнять мне жизнь, я разобью вам зубы по одному. Начиная с коренных. У меня еще ни один клиент не доходил до резцов.

Он обдал мятным дыханием ее лицо:

— Однако как знать? Может быть, вы будете первой!

Два дня спустя после городского задания у стажеров был назначен бой на выбывание. Кип мог только надеяться, что хотя бы у кого-то из противников, с которыми ему придется сегодня драться, еще не зажили синяки и травмы, которые не дадут им окончательно размазать его по рингу.

Однако надежды не оправдались. Дважды он проиграл, почти сразу. Он вышел на испытательную площадку в третий раз, осторожно сжимая и разжимая пальцы левой руки. Боль по-прежнему была такая, словно маленькие животные грызли ему все суставы, посыпая его плоть солью в промежутках между трапезами; однако эта боль была меньше, чем та, что предстояла ему во время схватки.

Кип уставился на молодого парня, стоявшего напротив. «Давай, черепаха-медведь, давай…»

Колеса рулетки выдали им «Красный» и «Без оружия». Красный – это было удачно, очень удачно. Кип как раз практиковал его прошлой ночью вместе с Теей. Наконец-то, наконец ему удалось извлечь устойчивый красный – впрочем, на этом все и закончилось. Он видел только два способа использовать эту липкую субстанцию, и один из них заключался в том, чтобы сделать из нее горючий студень. Предание противников пламени во время испытательного боя решительно не одобрялось.

Неудачно было то, что стоявший напротив него парень, Феркуди, был синим-зеленым бихромом, который на данный момент находился на две позиции выше Кипа. Вокруг ринга собралось около пятидесяти человек, внимательно наблюдавших за боем; число соревнующихся же сократилось до двадцати восьми ввиду полученных повреждений и нервозности спонсоров.

Феркуди был приземистым, широкогрудым и сильным как бык, и при всем этом неожиданно юрким. Кип видел, как он дерется: в рукопашной схватке этот парень мог дать фору почти любому. Те бои, что Феркуди проиграл, он проиграл только из-за коротких рук. При везении и с возможностью использования своих цветов он мог бы оказаться в числе трех-четырех первых бойцов. То, что сейчас он дрался за пятнадцатую позицию, было всего лишь неудачным стечением обстоятельств.