Книга Алые небеса. Книга 1, страница 130 – Чжон Ынгволь

Настала очередь Хон. Ее глаза расширились, как только она приблизилась к картине. Со временем полотно немного потускнело, но она никогда раньше не видела таких искусных проблесков. Что-то в этой картине напомнило ей давние времена…

Стол был очень высокий. Она тянулась вверх изо всех сил, но все равно не могла дотянуться до столешницы. Хон, кряхтя, притащила тяжеленный стул. Он тоже был высоким: сидение было ей почти по грудь. С огромным усилием она потянулась наверх и уселась за столешницу. Девочка увидела картину в жанре сансухва. По крайней мере, ей так казалось. Тот, кто сидел напротив, повернул полотно к Чхонги и расправил его, будто поглаживая. На его правой руке было всего три пальца: средний, безымянный и мизинец.

— Посмотри на белое пространство, Чхонги. Оно не пустое. На самом деле оно заполнено. Вот так…

Кто же это был? Почему ей на ум пришли слова человека, которого она даже не помнит? Взгляд Хон был прикован к пейзажу прямо перед ней, но руками она без кисти бессознательно выводила что-то прямо в воздухе. Ли Ён продолжал смотреть на девушку из-за картины: точнее, на ее лицо, очарованное искусством. Совершенно другие глаза – незнакомые и удивительные.

— Следующий!

Художники, стоявшие в очереди, дернули Чхонги. Ее вытолкнули с удобного места. Не растерявшись, она впилась в плечи впереди стоящих и попыталась еще раз взглянуть на сансухва Ким Мунуна, из-за чего губы принца задела улыбка.

Эта улыбка мгновенно исчезла, когда какой-то сумасшедший подбежал к картине, растолкав всех художников и плюнув в них. Затем он схватил несколько кистей, окунутых в тушь, и расчеркал ими картину. Все произошло в один миг.

В комнате снова повисла тишина, но на этот раз молчание было серьезным и устрашающим. Художники вместе с Чхонги повалились на пол. Она сразу узнала сумасшедшего.

— Отец?..

Да, ей не показалось. Это действительно был Хон Ыно. Получается, он внезапно исчез из ее поля зрения только потому, что ушел за кистями? Но зачем? Прислуга схватила отца Чхонги и прижала его к стене. На мгновение Ли Ён оцепенел, а затем прямо босыми ногами бросился во двор к толпе людей. Дрожащими руками он взял полотно и попытался стереть с него всю грязь рукавом из дорогих тканей, но это заставило тушь размазаться еще сильнее.

— Ваше высочество, – обратилась к нему Хон Чхонги, обнимая отца, – этот художник – мой папа, у него не все в порядке с головой… Прошу, простите нас, ваше великодушие…

— Нет у меня никаких детей.

— Папа!..

Однако Ли Ён совершенно ничего не слышал. Все, что занимало его голову, – это безнадежно испорченная картина. По двору пронеслись угрозы и оскорбления в адрес безумца от его прислужников, но принц не обращал на них внимания. Тогда прибежал Ан Гён и загородил собой Ыно, с удивлением смотря в сторону девушки. Она дочь художника Хон?..

Собравшись, он громко сказал:

— Ваше высочество, прошу, простите художника Хона! Наказание, которое предназначено для него, я приму на себя!

Вслед за ним прибежал и Чхве Вонхо. Он упал к ногам принца:

— У нас в «Пэк Ю» есть сансухва Ким Мунуна! Ваше высочество, мы вам ее отдадим!

И только это предложение привлекло внимание тэгуна.

— Что ты только что сказал?..

— В «Пэк Ю» есть один из пейзажей Чхонбона, – повторил он. – Это работа времен его расцвета. Даже лучше, чем та, что у вас в руках. Прошу, рассмотрите возможность обменять эту картину на нашу. Вы не пожалеете, уверяю…