Книга Осторожно, двери открываются, страница 95 – Екатерина Соболь

— Скорее, призвание. – Голос усмехнулся. – Ну что ж, Таня. Ты закрываешь двери рукой, верно? Уникальный дар.

— Я слышала, у вас такой же. Могли бы стать трюкачом.

— И правда, мог бы.

Похоже, мы с Гудвином были похожи не только этим. Я чувствовала: сейчас он делает то же, что и я: прощупывает почву, чтобы понять, как построить беседу. Антон опять начал бродить по комнате, как лев по клетке. Он пытался понять, откуда исходит голос, но, судя по всему, не особо успешно.

— Хоть я и умею закрывать двери, кое-что у меня никогда не получалось: открывать их усилием воли, – сказал Гудвин. – А я пытался, уж поверь. Думал, это невозможно, но ты устроила нам увлекательную ночь, и я понял, что ошибался. – Голос переместился. Сейчас он исходил откуда-то из охотничьей собаки на гобелене. – Когда буря принесла сюда твой домик, Элли, все в нашем Изумрудном городе встало с ног на голову.

Значит, не я одна сейчас думаю про эту сказку. Мне так нравилась сцена с разоблачением поддельного волшебника – надеюсь, и у нас до этого дойдет.

– Но я думала, что Гудвин – это живая голова, – сказала Элли.

– А я думал, что Гудвин – морская дева, – сказал Страшила.

– А я думал, что Гудвин – страшный зверь, – сказал Железный Дровосек.

– А я думал, что Гудвин – огненный шар, – сказал Лев.

– Все это верно, и все вы ошибаетесь. Это только маски, – сказал Гудвин.

— Может, покажетесь? – спросила я куда более дерзко и уверенно, чем чувствовала себя.

Антон начал ощупывать гобелен в поисках тайных окошек, а Гудвин невозмутимо продолжил:

— Я смотрю, открыть несколько десятков дверей было для тебя не слишком утомительно. Скачешь после этого всю ночь, сама же их закрываешь. Очень трогательно.

Раздался лязг – Антон пытался выбить дверь ногой, но, похоже, двери прожили долгую жизнь не для того, чтобы так легко сдаться.

— Наш общий друг теряет терпение, так что перейду к делу. – Кажется, Гудвина поведение Антона забавляло. – Мои сотрудники сказали, что ты пришла сюда, потому что хочешь на меня работать, но я знаю, это не так. Как и положено милой Элли, ты пришла, чтобы я помог тебе вернуться домой. Но у меня есть предложение получше. Как насчет действительно поработать? Ты любишь деньги, а мы, как видишь, не бедствуем. Мои собиратели получают пять процентов от средней цены каждого артефакта, который принесут мне. Тебе я готов платить в два раза больше.

Так вот почему парни из Клана готовы драться за артефакты и даже нарушить перемирие, чтобы забирать себе их все. Они работают за процент, как я, когда продавала товары по телефону. Я уже открыла рот, чтобы отвергнуть предложение, но было слишком любопытно кое-что выяснить.

— А средняя цена артефакта – это сколько?

— Миллион рублей.

Я моргнула. То есть десять процентов – это сто тысяч. За каждый артефакт.

— И когда ваши сотрудники успевают тратить деньги? – спросила я, чтобы как можно быстрее забыть о соблазне. – Целыми днями мотаются по городу, как барбосы.

— Мои люди, в отличие от Антона, работают в две смены. А ты, Татьяна, можешь открыть за один раз столько дверей, что потом отдыхай хоть месяц. Вот это я называю гибким графиком.

Видимо, лицо у меня стало мечтательное. Антон, который наконец закончил биться о двери, глянул на меня с презрением, как будто я уже согласилась.