Книга Осторожно, двери открываются, страница 98 – Екатерина Соболь

Я встала. Когда я шла сюда, то надеялась, что смогу как-нибудь обхитрить Гудвина, но он и сам хитрец, – пора сворачиваться, а то еще поверю его вранью.

— Ну, хорошо… – задумчиво протянул Гудвин. Я чувствовала, что он разглядывает меня, хоть и не понимала, где он. – Ради денег ты не согласишься, но тебе ведь нужно и кое-что еще. Ты не приближаешься к людям не потому, что презираешь их, а потому, что боишься их полюбить. Притворяешься сильной, чтобы никто не понял, как легко разбить тебе сердце. Оставайся здесь, со мной, и я буду беречь тебя. Ты ведь так сильно хочешь, чтобы хоть кто-то о тебе позаботился.

У меня даже в глазах прояснилось. Вот теперь я точно знала, что делаю верный выбор. Когда тот, с кем ты ведешь переговоры, начинает предлагать все подряд, лишь бы ты согласился, – значит, ему эта сделка нужна больше, чем тебе, даже если он пытается создать впечатление, что все наоборот. Вот уж действительно, рыбак рыбака видит издалека: я сразу поняла, что он делает, и меня это вдруг развеселило, будто огромный груз упал с плеч.

— Мы пошли, – сказала я, стараясь не думать о том, откуда он так много знает. – Не провожайте.

— Забавно: тот, кого считали продажным, оказался неподкупным. Жаль. В бескорыстии есть что-то от глупости – я думал, ты поумнее, но люди часто разочаровывают.

Двери заперты, ну ничего, перехожу к плану выбраться из окна на лестницу. И тут Гудвин нанес удар, которого я не ожидала.

— Знаешь, Антон, а я ждал, когда ты меня найдешь. Но как же много времени это заняло!

Антон медленно перевел взгляд в направлении звука.

— Ты так испугался тогда, пятнадцать лет назад, мальчик из сада Сен-Жермен. Даже не смог описать мою внешность тем, кто приехал тебя забрать. Я припугнул тебя, но, признаться, думал, ты все равно меня выдашь. Приятно иметь дело с трусом.

— Я не описал им твою внешность, потому что сам хотел тебя найти, – процедил Антон.

Он сжал подлокотники кресла, – похоже, чтобы не вскочить и не начать снова бить стены.

— Идем, – умоляюще сказала я, но Антон покачал головой, не отводя взгляд от гобелена, со стороны которого раздавался голос.

— Конечно, утешай себя этим. Но мы-то оба знаем, Антош. Я много лет наблюдал за тобой, ты даже свой дар не смог приручить. Трусливый Лев в нашей сказке – это ты. То ли дело наша Таня! Когда уронит в речку мячик, она лезет его доставать, вместо того чтобы громко плакать. Неужели ты думаешь, ей понадобилось бы пятнадцать лет, чтобы до меня добраться? Кстати, даже сейчас ты тут благодаря ей.

Я встала поближе к креслу Антона, чтобы он вспомнил: мы команда. Гудвин льстит мне, чтобы нас поссорить, – приемчик, который не стоит принимать близко к сердцу.

— Все не так. Я и раньше пытался сюда пробраться, – выдавил Антон.

— Значит, плохо пытался. Уверен, Таня бы справилась.

— Антон, это дешевый трюк, – прошептала я, но он повернулся ко мне с таким искренним гневом, что я замерла.

— Заткнись, – прошептал он, глядя мне прямо в глаза.

Мои челюсти будто склеило пластилином, и я почувствовала огромную обиду – Антон ведь знает, что делает. Вот уж от кого я не ожидала предательства.

— Ну что ж, трусливый львенок, – продолжал Гудвин, которому, похоже, все это искренне нравилось. – У тебя ведь много и хороших качеств: ты преданный, целеустремленный. Мне жаль, что ты так уныло проводишь жизнь. Если ты наконец-то пришел, чтобы я дал тебе храбрость, я это сделаю. Прими мой подарок.