Книга По ту сторону стены, страница 69 – Эйа Риверголд

— Вы встретились! Отем так и побежал обратно к замку, когда мы сказали, что ты там.

— Отем, почему тебя не было в замке? Как ты оказался здесь? Кто спас тебя? – закидывая вопросами, Илис вцепилась в его рукав.

Отем лишь коротко ответил:

— Я видел хороший сон.

Он улыбнулся, Илис улыбнулась в ответ.

— Мы подхватили Отема, когда его голова уже погружалась в фарфоровую смесь. Повезло ему, вот и все! – сказал веселый фарфоровый мужчина и направил повозку вперед. Она катилась по гладким дорогам, утопая в красивом закате Аточиста. Их ждала Ахра.

Над золотыми песчаными дюнами висело жгучее солнце, оглядывая зорким глазом просторы огненной Ахры. Над путниками парил кружащийся в воздухе жар, что разносил ветер. Они высадились прямо на краю Аточиста, пересекающегося с великой пустыней.

— Это должно защитить вас от убийственно горячих лучей. – Женщина достала новые маски и плащи, указывая на дюны, словно те были ее славными друзьями. – Ну что ж, ныряйте, волны самое то!

Она не вытянула руки, поскольку держала найденную Саю. Как же интересно, что счастье можно увидеть даже на пустом, бесчувственном лице. Тяжелый фарфоровый человек пожал руки Отема и Илис, пожелал им хорошего пути и сказал, что дорога их ожидает длинная.

— Спасибо, – одновременно поблагодарили Илис и Отем.

Женщина подняла голову – на пустом лице как будто возникла мягкая улыбка.

— Волны самое то, – повторила она, накладывая песок в мешки. – Ныряйте, – шепнул милый голос.

— На вашем лице солнце светит по-особенному красиво, – крикнула напоследок Илис, ступая на песок. – Хотела бы я увидеть ваши глаза. Уверена, что они зеленого цвета!

На ее языке вертелось столько несказанных слов, но именно поэтому мы жаждем новых встреч, чтобы договорить невысказанное.

— Спасибо. – Женщина погладила Саю по голове. – Большое спасибо, Илис…

Они попрощались, и три фигуры исчезли за дюнами.

Путники прошли уже несколько миль, женщина успела утонуть в песчаном горизонте, словно ее смыли золотые волны.

— Почему для Эларис так важна красота? – спросила Илис.

— Не знаю. Быть может, в этом смысл ее жизни.

Солнце безжалостно пекло, улыбка дивной звезды обжигала просторы. Раскаленная Ахра казалась бескрайней.

— Уж очень странный смысл. Жить ради чистоты и красоты. – Илис нащупала в кармане колбочку, слова Керсо тут же вонзились в голову: «Ты поймешь, что с этим делать». – Как думаешь, мой отец проходил через Ахру?

Отем устало выдохнул. Он остановился, прищурился, затем перевел взгляд на Илис. Выжженные алой краской щеки не могла скрыть даже маска.

— Думаю, он был здесь не раз…

Они улыбнулись, вспомнив доблестного человека, такого родного и близкого, но в то же время такого скрытного и незнакомого.

Солнце все еще пекло. Отем делал короткие остановки через каждые десять шагов, но на этот раз он остановился надолго, всматриваясь в пустынную неприветливую даль. Все кружилось и раздваивалось, иногда пески окрашивались в ярко-красный, а иногда их сменяла зеленая степь.

— Знаешь, когда мы говорили с Эларис, кто-то разбил охранников. Скажи, это был ты?

Илис поправляла маску: дышать сквозь плотный фарфор было тяжело.

— Нет, думаю, они всего лишь умерли. Я слышал, что у фарфоровых людей смерть происходит именно так: они просто разбиваются.