Книга Испытание империи, страница 121 – Ричард Суон

— Боги милостивые, вы и впрямь примерили на себя мантию регента. Лишь бы цена, что вы платите за этот мир, не оказалась слишком высокой.

Вонвальт пожал плечами.

— Что значат несколько линий на карте в сравнении с жизнью и имуществом десятков тысяч людей?

— На ум приходит немало смертных, что не согласились бы с вами.

— И вы в их числе? – резко спросил Вонвальт.

Янсен примирительно вскинул руки.

— Нет. Это все… – он неопределенным жестом обвел вокруг себя, – …плохо сказывается на делах. Война не выгодна никому, кроме дьявола.

Я, сама того не желая, взглянула на Янсена в свете того, что Данаи говорила о нем и его друге, сэре Анцо. Сенатор всегда был приятным и обходительным человеком, теперь же я увидела его в ином свете. Он казался мне угодливым, низким и гнусным. Я не видела причин сомневаться, когда он говорил, что пойдет на все ради выживания. И надеялась, что Вонвальт не станет ему доверять, – при этом он, похоже, возлагал на этот союз большие надежды.

— Что ж, идемте. Нужно отвоевать город. И это только начало. – Вонвальт вздохнул. – После нам еще придется разбираться с Клавером.

Вонвальт пытался оградить меня от участия в битве.

— Ты имеешь слишком большое значение, – объяснял он мне, пока мы возвращались в Императорский дворец.

— Теперь уже не важно, буду я жить или умру. Нема, загробный мир все равно что Сова в базарный день.

— В Сове каждый день – базарный, – педантично напомнил Вонвальт, и я вдруг затосковала по тому человеку, каким он был когда-то. – В любом случае, – продолжал он, заворачивая за угол. Он шагал очень быстро, и я с трудом за ним поспевала. – Ты не пойдешь с нами.

— Хочу и пойду, – упрямо заявила я.

Вонвальт остановился и посмотрел на меня.

— Я не позволю тебе расстаться с жизнью.

— Это не ваша жизнь, чтобы ею распоряжаться, – огрызнулась я в пылу гнева. Генрих рядом со мной заскулил.

Вонвальт скрипнул зубами.

— Кровь богов, делай что хочешь, – проворчал он и направился к группе солдат на площади. – И ради Немы, пусть кто-нибудь приведет сэра Радомира!

Мне выдали снаряжение имперской гвардии. Доспехи оказались намного легче, чем я представляла. Кираса весила не больше двадцати фунтов. Кроме того, в них было на удивление удобно. Поскольку женщины служили в гвардии наравне с мужчинами, у них нашлись доспехи под мой рост, хоть мне и недоставало мышечной массы. Даже при затянутых до предела ремешках все на мне болталось, но я рассудила, что лучше уж так, чем совсем без защиты.

— Ты хоть понимаешь, на что идешь? – спросила женщина-гвардеец, помогавшая мне облачаться.

Я не уловила снисходительности в ее вопросе, скорее обыкновенное любопытство. При этом ее больше занимал Генрих, и она то и дело прерывалась, чтобы почесать ему шею.

— Я была при Агилмарских вратах, – ответила я, и добавила: – В авангарде.

Женщина как-то странно посмотрела на меня.

— Так ты храмовница?

— Нет, – сказала я. – Это… долгая история.

Вооруженная и в доспехах, я отметилась у сержанта Райнер, собиравшей войско из гвардейцев, стражников и ополченцев на площади к югу от Императорского дворца. Все входы во дворец были наглухо закрыты – ни Вонвальт, ни Райнер не хотели выделять на его охрану больше людей, чем требовалось.