Книга Испытание империи, страница 212 – Ричард Суон

— Что теперь будет? Когда связь разорвана?

— Теперь мы можем убить Клавера. Очень скоро, – сказала леди Фрост.

— А что с Реси? – спросила я.

В отличие от прежних погружений в священные измерения, которые в момент возвращения забывались как старый сон, это оставалось ясным и осязаемым. Как будто Рамайя все еще был здесь, не далее чем в десятке ярдов от меня, за разрушенной монастырской стеной. Я с трудом подавляла желание куда-нибудь спрятаться.

Леди Фрост печально покачала головой.

— Не знаю, каким образом вы расстались, но… мы больше не чувствуем ее. По крайней мере, не в Эдаксиме.

Меня вдруг захлестнуло чувство глубокой скорби.

— Он убил ее, – сказала я тихим голосом. И поняла, что воспоминание об этом будет преследовать меня до конца жизни.

— Ты уверена?

— Я не видела, как она умерла, но сбежать она не могла.

Леди Фрост погладила меня по спине.

— Еще будет время оплакать ее.

Я кивнула, хоть и не верила в это. Только тогда в сознание вновь пробились звуки сражения. До чего жалким, сколь ничтожным это все виделось теперь!

Я свесила ноги с алтаря.

— Мы в меньшинстве даже без Клавера.

Я не испытывала радости. Что бы ни говорила леди Фрост, как бы ни хвалила и ни подбадривала, мне хотелось лечь и свернуться в клубок. У меня не осталось ни сил, ни желания продолжать борьбу.

Леди Фрост жестом велела шаманам и сопровождающим нас воинам уходить.

— Значит, нам стоит что-нибудь предпринять, верно?

Мы сели на лошадей и двинулись по Кларанской улице. Одержимые бестолково, оцепенело бродили по городу. Под ногами у них лежали трупы, но демоны даже не пытались поживиться. На моих глазах одного из них забили насмерть горожане, ободренные бездействием врага.

Звуки сражения доносились уже с Велеврийской улицы, когда мы обогнули Арену по западной стороне и помчались через жилой квартал. Здесь мы могли не опасаться храмовников, чего нельзя было сказать о Софьянской улице. На пересечении улицы Креуса, Софьянской и Велеврийской, в паре сотен ярдов к западу от врат Креуса, разгорелся бой. Имперские гвардейцы собрали отряд ополчения примерно в тысячу человек и вынудили их удерживать перекресток.

Храмовники сгрудились между храмом Креуса и Коллегией Прорицателей, от которой остался лишь выгоревший остов. Их словно что-то сдерживало, тормозило, и это казалось странным для многотысячного войска, способного без труда оттеснить столь малочисленные силы обороняющихся.

Я вздрогнула. Что-то вдруг разорвалось в строю храмовников, и первое, что пришло мне в голову, – черный порох. В воздух взметнулся огромный шлейф осколков и ошметков дымящейся плоти. Но потом я увидела еще один взрыв: тело неманского жреца выгнулось, подлетело вверх и, разорванное пополам, упало среди храмовников кучей мокрого тряпья.

— Это твоих рук дело, Хелена, – сказала мне леди Фрост, не скрывая своей гордости.

Я не сразу поняла, о чем речь. Жрецы получали силы от Клавера, а тот черпал их у Рамайя. Разорвав связь между Клавером и Рамайяном, я лишила их возможности поддерживать этот обмен. Как в случае со жрецами в святилище Керака, их тела переполняла враждебная энергия и, не находя выхода, разрывала их.