Книга Испытание империи, страница 65 – Ричард Суон

— То есть вы передадите мою просьбу? Будете отстаивать нашу позицию? Можете сказать им, что их цель – перебить как можно больше храмовников. Им это придется по душе.

Данаи хмыкнула.

— Сделаю все, что в моих силах. Но должна предупредить: шансы не так уж велики. Казары несговорчивы и склонны к распрям.

— Видно, у них много общего с Сенатом.

— Да, возможно. Скоро мы это выясним.

* * *

Мы провели остаток ночи и значительную часть следующего дня в посольской резиденции. Нам посоветовали отмежеваться от сэра Анцо, и Данаи послала слуг, не привлекая внимания, забрать наши вещи из дома старого сованца.

Следующим утром Данаи ушла довольно рано и направилась в сопровождении охраны в Спирит-рад. Нам было велено дожидаться в доме, так что мы рассеянно угощались фруктами, что приносили слуги, и напитком под названием кафе, вроде горячего чая из обжаренных и молотых зерен, который полагалось медленно потягивать. На вкус напиток показался мне горьковатым, от него кружилась голова и учащался пульс, хоть я выпила лишь половину своей порции.

Слуги с сожалением сообщили нам, что не смогли счистить пятна крови с нашей одежды, и принесли новую на замену, во многом схожую с той, какую дал нам сэр Анцо, – свободные, легкие ткани, призванные защищать кожу от солнца и не допускать перегрева. Мне достался еще один белый критл с оранжевым поясом на талии.

Утро выдалось напряженным. Мы привыкли находиться в постоянном движении, иметь перед собой четкую цель. Неопределенность выводила нас из равновесия. Я пребывала в подавленном настроении. Фон Остерлен проводила значительную часть времени в молитвах. Я присоединилась к Вонвальту на балконе, откуда открывался вид на улицу, и мы вместе наблюдали, как просыпался Порт-Талака.

— Удивительно, – проговорил Вонвальт.

Он потягивал кафе из керамической чаши. Напиток сразу пришелся сэру Конраду по вкусу, хоть и делал его еще более взвинченным. Но вид и в самом деле завораживал: извилистые каналы дельты Яро переливались в лучах восходящего солнца, древние пирамиды, серые, терракотовые и горчично-желтые, возвышались над городом, словно шипы моргенштерна. Озера геометрических форм, висячие сады и плавильный котел культур: выходцы с Южных равнин, карешцы, циране, эребанцы и балабрийцы – и даже белокожие сованцы – вперемешку с казарами шли по своим делам, в точности как в самой Сове.

— Целая империя, миллионы людей живут, трудятся, торгуют и просто устраивают свою жизнь. Заставляет задуматься. Сколько еще таких империй на свете? Много ли еще стран и целых народов, о которых мы даже не имеем представления? Какие там живут существа? Кто сказал, что Катаклизм породил лишь казаров и стигийских водяных? Какие еще разумные существа населяют наш мир?

— Голова идет кругом от одной мысли об этом, – сказала я рассеянно.

— Да, и у меня. Если мы останемся в живых, если одолеем Клавера и восстановим хотя бы подобие порядка в Империи, я не прочь отправиться исследовать этот мир. Просто… исчезнуть.

У меня перехватило дыхание. Мне даже не приходило в голову, что Вонвальт мог покинуть Империю. Он ничуть не преувеличивал, называя себя архитектором современности. В своем повествовании я сосредоточена на восхождении Клавера, но не стоит обходить вниманием и многочисленные заслуги Вонвальта перед Аутуном. Оттачивая судебную практику, он строил и формировал империю наравне с государственными деятелями.