Книга Танец теней, страница 359 – Гурав Моханти

Арахи взмахнула рукой перед мордой лошади Бхагадатта, и животное взбрыкнуло задними ногами, попав прямо в лицо Бхагадатту. Оглушенный ракшас, застонав, рухнул на землю. Вахура рванула к упавшему Бхагадатту, пытаясь поддержать его за голову. От ракшаса по-прежнему пахло ванилью. Она снова ущипнула себя.

— Ваша светлость, – притворно ласково протянула она, – с вами все в порядке? Кажется, у вас идет кровь.

Крови не было. Да и быть не могло.

— Ты в порядке, царевна? – закрыв глаза, спросил Бхагадатт, губы его дрожали. Кажется, у него было сотрясение мозга.

— Вот. – Она достала платок, пропитанный алхимическим эфиром, который использовался, чтобы лишить айравата сознания, и промокнула ракшасу лоб, старательно держа его так, чтобы край платка коснулся его носа. – Сделай глубокий вздох. – Она показала, какой именно, словно Бхагадатт был маленьким мальчиком, который забыл, как дышать.

Бхагадатт, словно сдаваясь ее воле, подчинился и через несколько мгновений доказал, что, хотя ракшасы и могут исцеляться от ран, они способны падать в обморок, как обычные слабые люди. О, это сработало! Не могу поверить, что это сработало! Нельзя не доверять йогиням!

С другой стороны из леса появилась Зубея.

— Сработало как часы, юная царевна. Теневка никогда не подводит. – Она повернулась к Арахи: – Прими мою благодарность, сестра.

— Придержи свои благодарности, – отрезала Арахи. – Хватит того, что теперь ты у меня в долгу.

— Он оправится? – спросила Вахура.

— Вполне, – улыбаясь, сказала Зубея. – Теневка безвредна. Это всего лишь снотворное. Не волнуйся. Он ничего не заподозрит. Он проснется и поблагодарит нас за то, что мы приютили его. А когда он начнет беспокоиться о вас, мы скажем ему, что благополучно доставили вас на корабль. Он останется у нас в долгу, особенно после того, как мы вернем ему эти уродливые носки. А вот что касается еды… – Она с сожалением глянула на йогинь Арахи, которые уже делили ее между собой. – Она очень быстро портится.

— Ваури?

— С нами она в безопасности. Мы позаботимся о ней. Розы уже…

Откуда-то издали донеслись раскаты грома. Звуки, что наложились одни на другие. Разом взлетели стаи птиц, и земля под их ногами, застонав, содрогнулась.

— Что это было?

— Это был матхуранский боеприпас, причем большой, – сказала Арахи. – Отвратительное оружие, созданное людьми, чтобы убивать себе подобных. Рамбха, спускайся сюда.

Спуск йогини с дерева был весьма громким и поспешным. Жрица рухнула на землю вслед за грудой веток, листьев и брошенного пчелиного улья, приземлившись на задницу:

— Ой, мать! Ой!

Не обращая внимания на ее стоны, Арахи спросила:

— Рамбха, что видно?

— Синий дым, Матрика, и много.

Синий дым. Вахура благословила свою память за то, что она снова оказалась надежной. Бочки, которые она видела в Ночь Сломанных Садов, действительно были бочками проклятого пламени, подаренными, вероятно, в знак благодарности Каляваном, который надеялся так заслужить доверие Бхагадатта. Хорошо, что она запомнила план Листвяной Песни, нарисованный и вставленный в рамку Бхагадаттом в его садах. Она ведь почти сомневалась, что все сработает.

— Листвяная Песнь в огне. И это самый красивый огонь, который я когда-либо видела.

Йогини внесли свою лепту. «Клика Розы» внесла свою лепту. Все с большим риском для жизни. Вахура снова глянула на лицо Бхагадатта и заправила волосы ему за ухо. Теперь пришло время и им сыграть свою роль.