Книга Танец теней, страница 380 – Гурав Моханти

Рыцарь без плаща атаковал Дантавакру, стоило ему только повернуться. Без предупреждения, не размахиваясь, просто принявшись осыпать противника яростными ударами, почерпнутыми из всевозможных книг, – и все лишь для того, чтобы раздразнить его, заставить сделать ложный выпад или пробить брешь в защите Дантавакры. На миг захлестнувшая ракхджая паника превратилась в снисхождение – так из гнилостной куколки рождается прекрасная бабочка. Он фехтовал намного лучше, чем этот мальчишка, а значит, все удары врага могли ему причинить вред не больший, чем колкости Вахуры. Все было слишком просто. Дыхание усатого рыцаря все сильнее сбивалось, его ноги скользили по полу, удары сменились дикими, отчаянными взмахами. А Дантавакра? Дантавакра лишь улыбался, и каждый неверный шаг усатого рыцаря затягивал петлю у него на шее.

— Ты слишком широко размахиваешься, любовь моя, здесь так не пофехтуешь. – Дантавакра послал ему насмешливый воздушный поцелуй.

Но усатый рыцарь, упрямый и безнадежно гордый, был слишком глуп, чтобы увидеть истинную мудрость, ибо он был человеком, слишком глубоко утонувшим в собственном невежестве, и потому не мог обеспокоиться своим спасением. Так что, когда земной корабль качнуло в сторону на повороте – да так, что у всех подкосились ноги, Дантавакра сделал выпад, в котором было больше энергии, чем элегантности. Его меч нашел идеальную точку для удара между пластинами, защищающими плечи рыцаря, и пробил ему ключицу, и тот закричал так, как должен был закричать Эклаввья, и должен он был кричать так бесконечно – ведь Дантавакра так этого жаждал.

Но Дантавакра так быстро сменил позу, что на миг перед ним все поплыло. Впрочем, он тут же бросился сзади на дородного рыцаря – шатена в плаще, но тот был далеко не дурак. Шатен уверенно парировал удар, оттолкнул Дантавакру в сторону и ударил его коленом в пах, а затем скользнул вбок, прежде чем Дантавакра смог нанести ему удар. Они развернулись в тесном коридоре, и теперь Дантавакра замер спиной к Мати, а шатен – спиной к Бальтазару. Патовая ситуация? Всего на мгновение. Шатен сделал ложный выпад вправо и резко шагнул вперед, на Дантавакру, используя отвлекающий маневр, чтобы полоснуть того по груди. На миг все замерли, Дантавакра и шатен обменялись смущенными взглядами, и единственным звуком в коридоре смерти в этот миг был лишь шум от выпавших из блузки Дантавакры разрезанных напополам апельсинов.

Шатен пришел в себя первым и сделал резкий выпад – Дантавакра избежал участи превратиться в кебаб на вертеле лишь потому, что недостойно отпрянул назад. Это не помогло, потому что от этого толчка Дантавакра рухнул на пол, пролетев через всю комнату Соккаро, прямо под ноги Мати. Яйца Ямы.

В винно-красном свете ламп ухмылка шатена казалась убийственно-алой. Ни один мужчина не будет смеяться надо мной! Пусть ты ангракшак! Но я ракхджай! Дантавакр треснул ногой по левой икре рыцаря.

— Ублюдок!

Шатен споткнулся и, поскользнувшись на разбрызганных мозгах, врезался в стену коридора, наехав ухом на ножку винного бокала, которую Мати как раз воткнула в стену. Сказать, что выглядело все гротескно, – значит погрешить против истины. Время замедлилось: шатен по инерции прижался к стене, ножка бокала вошла ему в ухо, пронзила барабанную перепонку и мозг – и алые потеки заполнили его правый глаз, подобно винному бокалу.