Книга Танец теней, страница 438 – Гурав Моханти

Пророчество, у которого есть конкретная дата, становится целью. Но цель становится планом лишь тогда, когда ее расчленяют на покушения, ропот недовольной толпы, интриги, когда ты расписываешь каждый шаг, рассчитав его последовательность. Вьяс был архитектором этих шагов, тех самых шагов, которые должны были вывести Арьяврат из лабиринта хаоса.

Шаг первый: расчистить путь. Паршурам пойман в ловушку в Айране Мачиле и, вероятно, погиб, а если нет, то, скорее всего, опоздал, учитывая, что небо над головой окрасилось зеленым. Грубая ошибка Паршурама будет преследовать его вечно, и потому он будет удален из игры.

Шаг второй: поднять тревогу. К настоящему времени Мати и Близнецы, вероятно, освободили Ваури и выпустили Календулу на Конклав, уничтожив разом будущее половины царств всего мира. Учитывая изоляцию Востока, чума вряд ли проникнет в Речные земли, но, даже если это произойдет, блокада, поддерживаемая Империей на восточных границах – созданная, чтоб прекратить торговлю с Матхурой, – позволит полностью оградить Восток. Да и вообще, Семеро владели лекарством.

Шаг третий: укротить непредсказуемое. Самый важный шаг из всех. Эта головная боль, Мати, скоро исчезнет.

Шаг четвертый: кликнуть злодея. Если Джарасандха не будет на арене, некому будет бросить вызов лучшему ученику Паршурама. Карна выйдет на арену, подарив миру долгожданного злодея. Ибо может ли герой возвыситься без злодея?

Вьяс был доволен, и, возможно, именно радость от того, что его планы сбываются, подобно представлению на сцене, когда умелая рука отводит в сторону занавес, и зародила в нем жалость к Маржане. В конце концов, у него не было необходимости спасать ее от бешеных собак Унни Этрал. Впрочем, он понимал, что на самом деле жалость тут ни при чем, скорее во всем было виновато чувство безрассудства человека, выигрывающего в азартной игре. Так что он ее спас, но не собирался действительно ей помогать. Так что, подведя ее выходу, он поспешил обратно ко входу в храм, оставив Маржану в черной мантии этралов – это могло помочь ей скрыться. Но теперь хаос должен был стать компасом ее судьбы.

Остался пятый шаг. Пора было дать рождение герою, который объединит Акханд Арьяврат.

Анаади потратил драгоценное дыхание, чтобы проклясть низкорожденного, который сразил его героя, когда тот спасал ему жизнь. Старательно проталкиваясь меж торчащими копьями, он в последний раз мельком увидел, как император возникает из пыли, поднятой сапогами следующей за ним Багряной гвардии. Димвак и его солдаты наконец перекрыли все галереи, изгнав горожан с арены. А где этот проклятый северный отброс? Анаади не мог заставить себя убежать, не посмотрев в последний раз на убийцу Дантавакры, но внезапно споткнулся и рухнул лицом в песок.

Истощенная женщина, одна из тех Летучих Мышей, что утешали толпу, бросилась к Анаади. Она подняла руку на преследующего ее солдата Багряной гвардии и этим, несомненно, спасла Анаади от получения целой армии синяков. Пусть Анаади и обезумел от произошедшего, но страх перед Летучими Мышами, рожденный частыми казнями, был сильнее. Он вытер глаза и, все так же корчась на земле, неловко поклонился.

Ее лицо приблизилось. Ее глаза, тускло-зеленые, казались поддельным изумрудом.

— Меня зовут Сараи. Я знаю, тебе надо выплеснуть свои чувства, дабы отомстить чужаку. – Сараи, которая, вероятно, была лет на десять моложе, тихонько баюкала голову Анаади у себя на груди, и внезапно на Анаади обрушилась вся несправедливость этого мира. Анаади плакал, как никогда раньше.