Книга Мятежники Звёздного острова, страница 65 – Дмитрий Овсянников

Такова цена свободы, и таков образ войны. Житейские хлопоты, ненавистные многим как неволя в мирной жизни, увеличиваются вдесятеро, и заниматься ими приходится под угрозой смерти. Но борьба пьянит и воодушевляет, и люди готовы принимать ее без ропота! И я принимаю борьбу, ни разу не жалея о том, что остался с повстанцами. И пусть теперь мне завидуют все ученые умы Острова – ибо все, о чем они рассуждали отвлеченно, что узнавали из книг или с чужих слов, я вижу своими глазами!

Алонсо де Вега.

История восстания в Южном уделе

Островного Королевства

* * *

— Для кого, карамба, рисовали все это?! Не иначе ради украшения стен! – Дон Карлос склонился над картой Острова, найденной в ратуше. Идальго был совершенно прав – широкая, расписанная разноцветными чернилами карта прежде придавала значимости алькальду в глазах посетителей, простершись над его креслом наподобие ротного знамени. Она могла бы посоперничать с иным живописным полотном: по углам красовались три дамы, каждая из которых означала тот или иной материк, – пустовал лишь запад. В центре, аккурат на том месте, где следовало бы изобразить Грандо Монтану, художник зачем-то разместил лучистое солнце, придав ему черты благообразного пожилого сеньора. Среди самых важных городов носились всадники, гнули спину крестьяне, немало место нашлось для небывалых зверей вроде грифонов и единорогов – ради них пожертвовали селениями поменьше.

— Как скверно быть готовым к битве – и оказаться не готовым к войне! – Командор отхлебнул сидра и скривился – после вчерашнего «Пламени» даже легкий хмельной напиток оставил во рту привкус отравы. – Некогда обучать новобранцев, готовиться к обороне… Даже если мы попытаемся перекрыть вход в удел где-нибудь возле Сьерра-де-Эстатуа, это не поможет. У нас нет тыла, способного поддержать армию, – в уделе не добывают ни железа для клинков, ни серы для пороха. Негодное для пристаней побережье защитит от королевского флота, но не даст доставить что-либо морем. Придется двигаться скорым маршем, наносить удары и избегать их на ходу. Эта война будет похожа на фехтовальный поединок. Быстрота и натиск, удар за ударом. И разум, разум, сеньор, во имя всего святого! Наши гонцы наверняка уже добрались до герцога Оливареса. Как-то их встретили?

— Господин командор. – Оруженосец графа де Агилара снял берет и церемонно раскланялся. – Граф де Агилар свидетельствует вам свое почтение и имеет честь пригласить к себе вас и господ офицеров армии вольного города.

— Достопочтенный граф не соблаговолит дойти до военного командора своими ногами? – Дон Карлос неохотно оторвался от карты. Его давно уже раздражал высокопарный тон, которого неизменно придерживались граф и его люди.

— Ваша милость и господа офицеры окажут честь моему сеньору, если станут его гостями. – Оруженосец сохранил изысканную любезность, хотя голос его зазвучал сухо.

— Непременно, – ответил дон Карлос.

Отправив адъютанта созывать офицеров – командиров терций и нескольких отличившихся в бою капитанов, идальго снял с крюка черно-белый дублет с высоким стоячим воротом, отороченный серебряной тесьмой, на груди и рукавах украшенный серебряными заклепками. Эту дорогую одежду дон Карлос носил лишь изредка, и сейчас дублет весьма кстати оказался под рукой после недавнего праздника. Подумав, командор надел под дублет мавританскую кольчугу. Мочилеро привел в порядок высокие сапоги командора. Опоясавшись эспадой и дагой, дон Карлос заломил набекрень черный берет с кроваво-красным пером – он помнил, что при виде знака боевого отличия де Агилар теряет большую часть собственной спеси. На ходу натягивая перчатки, дон Карлос вышел к ожидавшему его оруженосцу графа.