Книга Русская фея и Лев настороже, страница 95 – Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Лапа Мокошкина сомкнулась на ее талии мертвым захватом. Она и не ожидала от пухленького Юрика такой прыти.

— Сдурела, какая еще мафия, что ты выдумываешь? – глухо пробормотал он. Явственная фальшь резала уши. Одним рывком Мокошкин почти швырнул Таньку к самому ящику и любезно скалясь, повернулся к публике.

— Почтим богиню должной жертвой! Любовь и преданность почитателей – вот приношение, угодное Мокоши. Прелестная мисс, – плавный жест в сторону Таньки, – передаст богине наше пламенное восхищение. Прошу вас, мисс!

И Мокошкин твердой рукой втолкнул рыжую внутрь. Из темной глубины Танька метнула отчаянный взгляд на застывшую, бледную как мел Джейн.

Под торопливое тявканье переводчицы жрец молитвенно простер толстенькие длани в сторону статуи и визгливо возопил:

— Прими дань, о великая богиня, и не оставь нас своими священными милостями, – подумал и добавил, – Гой еси!

— Дерьмо ты еси, – с чувством прокомментировала из ящика Танька, прежде чем тяжелая дверца захлопнулась, отрезая ее от внешнего мира.

Вокруг неподвижного черного прямоугольника мгновенно вспыхнула огненная завеса, почти тут же опавшая по мановению руки жреца-Юрки. Ящика на сцене не было.

— Жертва принята! – дружным двуязыким дуэтом вскричали Юрка и переводчица. Зал разразился аплодисментами. Мокошкин гордо раскланялся и перешел к выниманию кролика из шляпы, хотя вместо кролика у него был маленький, но видать очень славянский медвежонок-коала, а шляпу замещал, плетеный из березовый коры, туесок.

— Прошу прощения, господин жрец, но не могли бы вы поведать нам, куда же делась мисс Татьяна, – решительный голос Джейн сбил волну аплодисментов.

— Как это куда? – деланно удивился Мокошкин, – Мисс Татьяна в гостях у богини Мокоши.

— Когда же она вернется?

— Как сообщит Мокоши всю интересующую богиню информацию, так и вернется. Может быть, – Юрка улыбнулся паскудно и со значением.

— Что значит «может быть»?

— Вдруг она Мокоши так понравится, что та не захочет ее отпустить из своих небесных чертогов, – предположил Юрик и запер туесок с медвежонком. В его движениях было сладострастие прирожденного тюремщика.

— Что случилось? – шепнул Чарльз, тревожно прислушивавшийся к диалогу между женой и фокусником.

Джейн глубоко вздохнула, словно перед броском в ледяную воду.

— Мне нужна ваша помощь, Чарльз, – решительно заявила она мужу. – Это никакой не фокусник, то есть фокусник, конечно, но он по жизни такой. Это наш бывший одноклассник, и он только что похитил Таньку. Для мафии. Мы должны ее спасти!

Господи, благодарю тебя за все, и за этого мужика в особенности! Ни расспросов, ни недоуменных возгласов, ни радостных кличей вроде «Давно надо было рассказать!». Джейн не сомневалась, что будут, будут, и придется срочно сооружать подредактированную версию их приключений, специально для мужей по контракту, но это после, а сейчас…

Ни говоря лишнего слова, Чарльз включил мобилку:

— Заблокировать ворота! – коротко скомандовал он и поднялся, увлекая за собой Джейн, – К грузовику!

— А если они уже ее вывезли? Через забор? – на бегу спросила Джейн.

— Сигнализация! – обронил Чарльз. Запыхавшись, супруги влетели на задний двор, где остались грузовичок и автобус великого жреца.

Обе машины мирно приткнулись возле кухонных дверей. С порога на них задумчиво взирал уставший слуга.