Книга Доктор Аддер, страница 45 – Кевин Уэйн Джеттер

Я попал в Оклендскую медицинскую академию, что в Новой Зеландии. Тут мало кто вообще слышал про это место. Там я повстречал доктора Бетрича, лучшего друга и советчика студентов-медиков, преизрядного психа. Его в скором времени наверняка бы депортировали за контрабанду всяких веществ. Такое случается.

Через пять лет мы с ним вернулись в ЛА вместе и окопались на границе ничейных трущоб, выбрав район, ближайший к оринджевской промзоне. Там уже зарождался слабый движняк. Топики КУВП не следили за мной, даже не потрудились контракт подписать после дорогостоящего обучения, поскольку были уверены, что перспектива высокой зарплаты сама по себе привлечет их питомца домой, в Ориндж. Но этого не случилось. В скором времени мы с Бетричем пришли к успеху, стали зашибать крутое бабло на интересной работе, а в свободное время сделались культурными героями и объектами пылкого почитания, такие дела. Прославленные ампутационисты ищут волонтеров – кому охота себя под скальпель подставить? Впрочем, неважно. Не прошло и нескольких месяцев, как все топики КУВП стали нашими клиентами, включая Джона Мокса, хотя в ту пору он уже возглавлял Видеоцерковь Моральных Сил. Очередной довольный клиент стремится потешить свои перверсии с моей помощью. Мало он знал о том, какие стервятнички кругом рыщут. У меня на него был зуб, я только и ждал подходящего случая.

Однажды он заявился ко мне в офис, вот прям сюда, с горящими глазами и потребовал, чтоб я проделал основательную генитальную модификацию (его затаенное желание) одной девушки, которую он-де сам нашел. Прикинь, это оказалась его жена. Я потом выяснил. У некоторых вообще никакого понятия о чести, хотя она, м-м, и так была шлюховата. Звали ее Цзин – с таким звуком монетки в кассу падают. Я именно такого шанса и ждал. Я его заверил, что поработаю над его цыпочкой так старательно, как никогда прежде, и взялся за дело. А я всегда добиваюсь, чего хочу, пускай и не сразу.

Теперь учти, что Мокс, как было мне известно, в сексе не менее уныл, чем во всем остальном. Миссионерская поза в темноте, всегда одно и то же. Ну и вот, когда киска этой чиксы сомкнулась западней вокруг его члена, то все, что мог он увидеть, в панике опустив взор на их соединенные промежностями тела, была бледная фосфоресценция моих маленьких сюрпризов, которые выскальзывали из тщательно замаскированных укрытий, но и ее хватало. Когда я накачал Мокса АДР на сеансе, то с необычной четкостью увидел в его подсознании кошмарный образ – он, вообще говоря, почти у каждого мужика встречается… ну и вот, Мокс застрял по самый корешок в пасти своей немезиды, Зубастой Вагины. Хватка у основания члена была такой мощной, что даже страх не откачал бы ни капли крови, эрекция не спадала, как ни колотил он по груди бедняжки, а ей в этот момент открывались многочисленные неконтролируемые функции, встроенные мной в ее тело и запрограмированные на срабатывание в ходе простого коитуса. Мышка попалась. Мокс, вероятно, успел один раз протяжно вскрикнуть, прежде чем длиннющие акульи клыки, которые я стибрил на развалинах океанологической лаборатории Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, с неумолимой неторопливостью выдвинулись из ее пизды и сомкнулись на его хере – так ловит актиния глупую рыбешку. И если бы Гунсква, верный коротышка-порученец, не оказался прямо за дверями спальни, не влетел на крик и не отвез его в госпиталь (оставив девку биться в истерике при виде окровавленного пожеванного пениса, торчащего из ее вагины на манер крайне уродливого выкидыша), Мокса уже бы давно на свете не было.