Книга Мерривейл, Марч и убийство, страница 74 – Джон Диксон Карр

— Дорогой сэр Генри! – проворковал знакомый эльфийский голосок.

К Г. М. тут же вернулось присутствие духа, а вместе с ним прежняя желчность и язвительность. Он включил лампу и бережно водрузил на нос очки, чтобы ответить на звонок надлежащим образом.

— Я имею честь, – сказал он угрожающе вежливым тоном, – разговаривать с мисс Вики Адамс?

— О да!

— И я искренне полагаю, что вы хорошо провели время? – спросил Г. М. – Вы уже материализовались?

— О да!

— И где вы сейчас находитесь?

— Боюсь, – с лукавым смешком ответил голос, – что в ближайшие пару дней это будет секретом. Хочу преподать вам хороший урок. Счастливо, любезнейший сэр! – Она повесила трубку.

Г. М. ничего не сказал. Он встал с постели и принялся ходить по комнате. Его живот величественно возвышался под старомодной ночной рубашкой, спускавшейся до пят. Затем, уж если его разбудили в три часа ночи, он счел своим долгом разбудить кого-нибудь еще и набрал домашний номер старшего инспектора Мастерса.

— Нет, сэр, – мрачно ответил Мастерс, откашлявшись, чтобы его голос не звучал слишком хрипло со сна. – Я не против вашего звонка. Вовсе нет! – с некоторым удовольствием добавил он. – У меня для вас есть кое-какие новости.

Г. М. подозрительно покосился на телефон:

— Мастерс, опять пытаетесь одурачить меня?

— По-моему, этим обычно занимаетесь вы.

— Ну ладно, ладно! – проворчал Г. М. – Что за новости?

— Помните, вы говорили вчера о деле Вики Адамс?

— Да, припоминаю.

— Хорошо. Так вот, я вчера перекинулся парой слов кое с кем из наших ребят. И мне намекнули, что стоит повидаться с одним юристом. Он был адвокатом старого мистера Фреда Адамса, пока тот не умер лет шесть или семь назад. – Теперь Мастерс заговорил с нескрываемым триумфом: – Сэр Генри, я всегда говорил, что Чак Рэндалл наверняка придумал в коттедже какую-нибудь хитрость, чтобы быстро и незаметно сбежать. Так и есть. А хитрость эта…

— Вы совершенно правы, Мастерс. Ваша хитрость – это окно с секретом.

Телефон буквально вздрогнул от неожиданности, если так можно выразиться.

— Что вы сказали?

— Окно с секретом, – терпеливо повторил Г. М. – Вы нажимаете на пружину. И вся рама, обе ее створки, опускается на достаточное расстояние, чтобы человек мог пролезть в окно. Потом остается только поднять ее обратно.

— Но как, скажите на милость, вы об этом узнали?

— Эх, сынок! Такие окна ставят в загородных домах еще со времен гонений на католических священников. Догадаться было несложно. Только вот… то окно не открывается.

— Не открывается, – раздраженно согласился Мастерс. – И вы знаете почему?

— Догадываюсь. Но лучше расскажите вы.

— Потому что незадолго до смерти мистер Адамс выяснил, что любимая дочурка пудрила ему мозги. Он никому об этом не сказал, кроме своего адвоката. Мистер Адамс взял пригоршню гвоздей и так крепко приколотил верхнюю раму, что сдвинуть ее не смог бы даже орангутанг. А потом закрасил гвозди, чтобы они стали незаметными.

— Ага. Но теперь вы их точно заметите.

— Я сомневаюсь, что юная леди об этом знала. Но боже мой! – в сердцах воскликнул Мастерс. – Хотел бы я посмотреть, как кто-то попытается проделать этот трюк.

— Хотели бы? Тогда, я думаю, вам будет интересно узнать, что та самая девушка только что исчезла в том же самом доме.