Книга Развод. Ты нас предал, страница 79 – Ольга Игонина

Показываю ей фото, которое прислала когда-то лучшая подруга. Алевтина всегда была мстительной, но чтобы она дошла до такого: включила творческое видение и креативное мышление.

— Дуры кусок, — мама выплевывает фразу. — И сама счастья не поимела и тебя с мужем развела. Подлая девица, как я сразу этого не увидела.

— Так же, как и на Демида сначала все молились. А если бы не Алевтина, так другая девушка попалась бы на благосостояние и харизму. Дело-то в нем. Я на нее не обижаюсь и не злюсь.

Кажется, уже привыкла к мысли, что об меня вытерли ноги, а все равно грустно.

Обнимаю живот.

— Алечка, так, успокаивайся. Мы с тобой выставили приоритеты, ты помнишь? Малышечка наша на первом месте. Все делаем для ее благополучия. И поверь, я знаю, как это, когда тебя променяли. Знаю, моя хорошая. Но видишь, жива. Если бы от предательства умирали, то почти все женщины не доживали бы до двадцати.

Иду в свою комнату. Низ тянет. Кажется, хватает периодически. Таблетку Но-шпы, лежу, прислушиваюсь к ощущениям. Тянет, не больно, но все равно чувствительно.

Дышу по квадрату, интернет обещает, что так можно снять волнение и расслабить тонус. Вдох- задержала дыхание — раз-два-три — долгий выдох.

Паника нарастает. Гуглю. Роды в тридцать пять недель. Зачем-то лезу на форумы. От первых трех постов становится не по себе: не хочу реанимаций, дохаживаний и кормления через трубочку.

Малышка, ты не торопись. Нам с тобой еще нужно немного подождать.

Обнимаю живот, он каменеет. Не хватало, чтобы я сегодня в роддом укатила.

Включаю «Дневник Бриджит Джонс», мой фильм на все времена. Сначала, когда не сдала зачет, потом когда Демид в первый раз не пришел домой.

Стараюсь погрузиться в сюжет, но не могу, все внимание на живот.

— Мам, — кричу, чтобы она услышала на первом этаже. — Кажется, я рожаю.

На глазах появляются слезы. Страшно за малышку.

— Наверное, тренировочные. Ложись и голову не бей. Ты же тоже торопыжка, но до тридцати семи недель я тебя доносила. — Мама меня за руку. Второй ищет в кармане телефон. — В какой роддом поедем? Я сейчас скорую позвоню.

— Папе не надо. У них там и так столько проблем, что лишний раз лучше не отвлекать.

Лезу в телефон. Нахожу в избранных «Светлана Александровна».

Могу ли я позвонить ей как врачу? Сейчас не до стеснения, мой ребенок на первом месте.

Светлана Александровна, сильно тянет живот, кажется, схватки. Может, я зря паникую? Срок тридцать пять недель.

Отправляю. Начинает ломить поясницу.

Мама входит с огромной сумкой, кажется, это пластиковый чехол от подушки или одеяла.

— Я в интернете глянула, сейчас только с такими баулами пускают. Давай, вещи собирать. Халат, ночнушку.

Она по-хозяйски лезет в шкаф, быстро вытаскивает вещи.

Светлана Александровна перезванивает.

— Альбин, поезжайте в роддом. Я сегодня выходная, но нахожусь рядом. Заеду, чтобы быть в курсе, — спокойный и ласковый голос.

Интересно, смогла бы я так себя вести, я же для нее, почти то же самое, что Алька для меня.

— И не звоните, пожалуйста, Егору. Они с папой на сделке, не хочу его волновать, — начинаю оправдываться, веду себя как дура. — Ай.

— Альбин, вы сейчас для меня пациент, будущая мамочка. Все остальное, выбросьте из головы. Сами за руль не садитесь. Лучше скорую.

Мама складывает зачем-то тарелку, ложку, чашку.