Книга Ло. Дикое сердце, страница 25 – Лолита Моро

Девушка, заметно нетрезвая, стала расстёгивать корсаж. При этом смеялась и икала. Мужик молчал и все время стоял к камерам спиной. Как у него это получалось? Четыре глазка в комнате. Я даже привстала и попыталась заглянуть слева. Увидела стенку за монитором, само собой. Тут девушка распахнула платье. Полная белая грудь выпала навстречу зрителям. Большой выкидной нож в два взмаха сделал алую дыру на белой коже и мгновенно перерезал молодой женщине горло от уха до уха. Мужик расправил плащ, принимая кровавый фонтан с брызгами на черный атлас подкладки, подхватил оседающую несчастную за талию. И ушел сквозь темный угол. В комнате стало пусто и чисто.

— Неназываемый! Куда⁈ — прошептала я и понеслась через две ступеньки вниз.

Пролетела мимо Голди и Тима, что-то разглядывавших в руках. Выскочила на крыльцо.

Так и есть. Девушка полулежала на ступеньках крыльца примерно в той же позе, что и предыдущая. Так же несло свежей кровью. Липкое черное пятно росло слева от трупа. Недолго думая, я побежала в сторону реки. Туда, куда еще вчера хотела сбегать и посмотреть.

Я, как собака Карацупы, продиралась сквозь кусты и нюхала, шевеля кончиком носа.

— Что ты здесь делаешь? — прошипел буквально коронер Маркс, появляясь из прибрежных зарослей, как водяной. Широкополая шляпа и резиновый темно-зеленый дождевик.

— Ищу, куда он ушел, — прошипела я в ответ, пытаясь вырвать руку из жесткого захвата.

— Ушел? Кто? — изобразил удивление полицейский чиновник. Довольно неумело, кстати.

— Новое убийство. Не слышали, господин коронер? — съязвила я.

— Как? — растерялся вполне натурально Грегори и отпустил мою руку. — Уже⁈

— Да. Девушка истекает кровью на крыльце дома. Бессердечная, согласно сценарию.

— Чьему сценарию? Что ты знаешь? Говори!

И этот придурок снова вцепился в меня.

— Я понятия не имею, — я снова принялась вырываться.

— Ты уже дважды первая находила труп! — от расстройства коронер явно тупил отчаянно.

— А первые четыре раза? Кто находил убитых? Отпустите меня сейчас же!

— Прости, — повесил голову мужчина, разжимая стальной захват, — один раз убитую обнаружил сам Голди, потом я, шериф и снова я.

— Ага! — злорадно выступила я, растирая запястье. — Значит у нас с вами, мистер коронер, очков поровну. Фифти-фифти.

— А на камерах ничего нет, — сообщил Тим, когда я вернулась в аппаратную, — ничегошеньки.

— Как так? — удивилась я.

— Вот.

Парень остановил на мониторе изображение пустой комнаты и вернул картинку на полчаса назад. Ничего не изменилось. Кровать застелена, распялка для одежды рядом не тронута. Что тогда видела я?

Я опустилась на стул дежурного и машинально допила свой остывший чай. Тим сидел рядом и помалкивал. От любопытства худое лицо его заострилось и стало похоже на крысиное.

Я запустила рабочий режим камеры в тринадцатом номере. Никакого шума из-за убийства поднимать не стали. Привыкли. Люди на первом этаже продолжали употреблять напитки, грызть чипсы и сухарики. Слушали тягучие баллады скучной мадам Аббы на фортепьяно. Наверху открывались и закрывались двери, и ритмично скрипели кровати.

В загадочный тринадцатый вошла полная блондинка с копной кудряшек на голове. Сняла через голову голубое атласное платье. Осталась в полном наборе белья, от черных шелковых чулок до жемчужных бантиков на немаленьком корсете.