Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 69 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Вы живете здесь втроем? – понял Куматани. – Обā-сан!

Старуха снова качнулась и перевела на него взгляд блеклых подслеповатых глаз.

— Мой дорогой супруг рыбачит вместе с сыном. Они скоро вернутся, да.

Хизаши допил суп и с сожалением посмотрел на дно плошки. Для того, чтобы прогреть это непослушное слабое тело, требовалось гораздо больше. Судьба старухи перестала его заботить, как только он услышал о ее родственниках. Кто знает, по каким причинам они обустроились так далеко от других людей? Хизаши было плевать. Он посмотрел на Кенту, но тот уже собирал грязную посуду.

— Я все вымою. Где можно взять воды?

Старуха принялась путано объяснять, а Хизаши тихо вышел на улицу и зябко поежился, пряча кисти рук в рукава хаори. Погода снова портилась, ветер стал суровее, принося с собой холод приближающейся зимы. Здесь, на самом верху скалы, ничто не мешало ему, и Хизаши оказался со всех сторон окружен хлесткими безжалостными потоками воздуха. Тень от дома была неприятной, и Хизаши неспешно побрел прочь, попутно собираясь осмотреться колдовским правым глазом, но не отошел от хижины и пары дзё, как понял, что не может. Что-то не позволяло ему увидеть оборотный облик этого странного места, и такого с Хизаши давненько не случалось. Он обернулся и увидел лишь стоящего возле порога Куматани с закатанными рукавами и вымытыми плошками и котлом в руках.

— В чем дело? – спросил он беззаботно. – Хочешь прогуляться?

Хизаши даже отвечать не стал. Его вдруг до краев переполнило раздражение, и он поспешил прочь, пока не оказался на обрыве. Здесь ветер достиг своей максимальной силы, едва не скидывая в пропасть неосторожного человека. Зато отсюда открывался прекрасный вид на свинцово-серое море с невысокими, беспрестанно перекатывающимися по его поверхности волнами. Оно тревожилось, будто живое, и над ним нависало такое же мрачное небо. Густо-синее, будто залитое на горизонте чернилами, с прожилками света, пробивающегося сквозь плотную завесу грозовых туч. Хизаши застыл почти у самого края, завороженный зловещей красотой, и заметил короткие, пока еще бесшумные, вспышки молний далеко-далеко отсюда. Где-то, быть может, даже над горой Тэнсэй.

И было тихо, только свистел яростно просоленный морем ветер, оттого и подступающая буря пугала сильнее – слишком тихой она была, укрываемая расстоянием во множество ри. Хизаши нашел в себе силы отойти назад и достать из-за пазухи пустой лист. Сложил несколько раз, перекрутил, прогладил пальцами и посмотрел на результат – маленького бумажного змея с треугольной головой.

— Найди Тояму, смотрителя с острова Камо. Передай ему, что мы в западне и нам нужна помощь.

Нашептав это бумажной фигурке, Хизаши подбросил ее в воздух. Змей ожил, развернулся в сторону Камо-дзима, а потом вдруг откуда ни возьмись вылетела крупная серая чайка и схватила фигурку. Бумага не выдержала и порвалась, а после птица камнем упала вниз и разбилась о камни.

Второго подходящего листа у Хизаши не было.

Он прищурился и посмотрел на линию горизонта с мрачной решимостью. Кто-то не хотел, чтобы послание достигло адресата, и этот кто-то обладал достаточной силой, чтобы вмешаться. Хизаши сел спиной к ближайшему камню и скрестил ноги. Ветер зло бил по щекам, но довольно скоро Хизиши погрузился в медитативный транс, в котором не было ни ветра, ни солнца, ни жары, ни холода – только бесконечный поток ки, пронизывающий все вокруг и самого Хизаши тоже. И все же он был до странного искажен, будто камень упал посреди ручья, и потревоженная вода потекла вокруг, нарушив привычный ход. Хизаши проследил внутренним взором за рябью энергии, скользнул по ним и почти сразу открыл глаза. Сосредоточиться здесь было слишком тяжело, но одно он успел понять – на острове было место, которое выделялось темным пятном, мертвой зоной. Там было нечто… Хизаши брезгливо скривил губы, вспоминая свои ощущения. Нет, определенно, им не стоило задерживаться. Вот только ни люди, ни даже хэби летать не умели.