Книга Сто жизней Сузуки Хаято 1, страница 39 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Идем, – Ишинори явно подумал так же. – У меня что-то пропал аппетит.

Они вернулись в комнаты, куда их поселили, не перемолвившись по пути ни словом. Вокруг Ишинори витал дух едва сдерживаемого раздражения, и Хаято подумал, что видит его таким впервые. А если и видел когда-то, то забыл. Куда подевалась милая улыбочка? Без нее Ишинори казался незнакомцем.

— Похоже, все только и ждут, когда старик откинется, – поделился мыслями Хаято, едва они остались наедине. – А мне он даже понравился.

— Тебе не понравился его алчный племянник, в этом все дело, – хмыкнул Ишинори, изучая содержимое дорожного короба. Там обнаружилась настоящая переносная аптека с разными колбочками, порошками и минералами. У всего имелись бирки с подписями.

— Можно подумать, тебе понравился.

Ишинори пожал плечами, перекладывая часть вещей в тканевый мешочек с вышивкой и завязками с шелковыми кисточками.

— Он не должен нравиться нам или не нравиться. Помни, что мы здесь по просьбе учителя Куматани, а наша цель – здоровье Окамото Такаюки, а не его семейные дрязги.

Хаято последние слова задели.

— Это твоя цель – чье-то там здоровье. Меня можешь не приплетать.

Разозлившись, он снова вышел на галерею, впуская в комнату сырую прохладу. Дождь разошелся не на шутку, и его монотонный шорох заполнил уши, даже перекрывая звон металлических подвесок. Ветер качал верхушки деревьев вокруг замка, и некоторые из них достигали уровня их этажа. Капли срывались с карнизов выше, и одна залетела Хаято за ворот, когда он неосторожно приблизился к перилам.

Где-то там, над головой, нависала пагода на башне, и Хаято вдруг с каким-то странным чувством ощутил ее давление. Перегнувшись через перила, он извернулся, стремясь посмотреть вверх, и тут его схватили за пояс и дернули назад, при этом случайно ударив лицом об ограждение

— Ты с ума сошел? – громко возмутился Ишинори, убрав руки. – А если бы тебя сдуло ветром? Никакое заклинание не вернуло бы тебе жизнь. Умереть захотелось?

Хаято замер, озадаченный и отчего-то смущенный. Когда Ишинори говорил о смерти, становилось не по себе, как будто для него это не пустой звук, не что-то абстрактное, о чем не задумываешься в таком возрасте.

— Я же не кошка, чтобы меня ветром унесло, – огрызнулся он и потрогал подбородок. – Ты меня сам чуть не прикончил!

— Прости, – сказал Ишинори голосом, далеким от раскаяния. – Пришел Ютака, он ждет нас за дверью.

— Я там обязательно нужен?

— Мне спокойнее, когда ты рядом, – признался Ишинори, – но если не хочешь, не ходи. Но будь осторожен, не нарвись на неприятности. Помни, что мы здесь представляем учителя.

Хаято даже отвечать не стал. Они с Ишинори считай были ровесниками, но вел он себя раздражающе покровительственно.

— Ладно. Вижу, ты понял, – заключил Ишинори и вернулся в комнату. Почти сразу в глубине стукнули сёдзи, оповещая о его уходе. Хаято еще немного подышал вечерней прохладой и нырнул обратно в тепло. Короб Ишинори стоял в углу, и Хаято с любопытством присел рядом на пол и собрался изучить загадочное содержимое, пока владельца нет. Но не тут-то было. Несмотря на отсутствие замка, как ни крутил Хаято несчастный короб, не смог его открыть. Кажется, есть скрытый замок или механизм. Если внутри всего лишь лекарства, зачем такие сложности?