Книга Янтарное лето, страница 165 – Мидзуки Цудзимура

Почерк у Сигэру замечательный. Чувствовалось, что писал старшеклассник. Куда Норико до него.

Вот что написал Сигэру тем летом:

Привет! Давненько не виделись. Как дела?

Когда смена закончилась и вы все уехали домой на автобусах, Хисано и остальные сказали мне: «А ты знаешь, что Норико в тебя влюбилась?» Я ужасно удивился, подумал, что такого не может быть. Но они ответили: «Нет-нет, это правда. Она сама попросила тебе сказать». Тут я совсем растерялся, хотя, конечно, мне очень приятно.

А я стал старостой в старшем отделении Училища. Теперь у меня есть важная задача – проводить «Вопросы и ответы» и подводить их итоги, как делают учителя. Еще староста должен приглядывать за детьми в подготовительном и младшем отделениях.

Я частенько стал ездить к Подножию вместе с теми из взрослых, кто продает родниковую воду.

Норико-тян, а ты еще приедешь к нам в лагерь? Мы все тебя ждем.

Пока она читала, дышать становилось все тяжелее. Но это ощущение едва ли можно было назвать неприятным.

Хисано – это, конечно же, та самая Хисано-тян из лагеря. Увидев ее имя, Норико в ужасе сжалась, не в силах шевельнуться. Она легко могла представить себе, как та, дождавшись, пока Норико уедет, говорит все это Сигэру. Норико в тебя влюбилась. Она сама попросила сказать. Ни о чем Норико ее не просила. Она одновременно ощутила досаду, неловкость и самую настоящую злость.

Норико не знала почему, но что-то в ней раздражало Хисано и других девочек. Прямо как одноклассниц Норико. Они так же, как и Эри, и остальные подружки Юи, думали, что можно с ней особо не церемониться. По каким-то причинам Норико им не нравилась.

Поэтому она была к такому готова. Дыхание у нее сбилось, бешено заколотилось сердце, щеки налились краской, но только лишь из-за того, как писал обо всем этом Сигэру. Впрочем, его слова нисколько не задели Норико. Я ужасно удивился. Совсем растерялся. Мне очень приятно.

Он отреагировал совсем не так, как ожидали девочки и Хисано, задумавшая все это. Сигэру обрадовался. Радовалась и Норико, перечитывавшая письмо снова и снова с отчаянно стучавшим сердцем.

Сигэру отправил письмо только ей.

Но слишком уж радоваться не стоит. Он ведь старшеклассник, и все эти признания в любви от Норико на самом-то деле не так уж ему и приятны. Однако для самой Норико уже одно то, что она получила это письмо, было настоящим чудом – хотелось запрыгать от радости.

Теперь это все – лишь смутное воспоминание из детства. Норико нравился Сигэру, но она и сама не знала, что это для нее значило. И все равно, пусть даже этого было недостаточно, чтобы называться «любовью», незамутненное чувство радости – радости от того, что ее наконец-то не отвергли, – переполняло все ее существо.

Поэтому она написала ответ.

Ей было так стыдно, что она специально не стала упоминать ничего ни о Хисано, ни о том, что якобы попросила ее сказать. Норико не знала, как это сформулировать, да и вообще мало представляла себе, чего теперь ждет от Сигэру. Все эти взрослые размышления пока что были от нее далеки.

Да и разве мог Сигэру, почти уже окончивший школу и настолько популярный среди других детей, всерьез воспринять чувства какой-то младшеклассницы? Сочиняя ответное письмо, Норико отчаянно молилась про себя, чтобы он ни в коем случае не подумал, будто она от него чего-то и в самом деле ожидает.