Онлайн книга «Бывшая любовь»
|
Ответив на сообщение, я набираю адрес ближайшей кофейни и бронирую столик на двенадцать. Чтобы собрать себя по кусочкам в более-менее рациональное состояние, нужно остыть. Хорошо остыть. Вернувшись домой, я не застаю сына, а записка на столе гласит, что он отправился к другу. Хорошо, что он у него есть. Так быстро, всего за полгода, подросткам иногда бывает сложно адаптироваться в новой компании. Но у Миши получилось неплохо. Он молодец. На ходу раздеваясь, не в силах прибрать за собой одежду, я так и оставляю ее на полу в коридоре, и забираюсь в ванну. Горячая вода, льющаяся по волосам, не перемешивается со слезами, как бы я не старалась выдавить хоть одну. Они словно затихли, застряли в пути, предостерегая меня вырваться, разразиться в любой миг гейзером. Или может, все слишком изменилось. И я выросла. К назначенному времени я занимаю столик в кафе и заказываю ванильный латте с круассаном. Ну и что, что время обеда. Есть мне совсем не хочется. Со стороны я кажусь безмятежной и невозмутимой, однако при ближнем рассмотрении наблюдатель мог заметить, что взгляд мой безотрывно прикован к входу. Вот-вот в ней должен показаться тот, на кого я возлагала надежды. Кто поможет мне обрести покой. Наконец, дверь с шумом распахнулась. И я сразу узнаю его. Чуть постаревшего и поседевшего, но не осунувшегося и не утратившего былой стати и красоты. Я невольно любуюсь им, как тогда, отмечая, что седина ему даже идет, а он, мгновенно выхватывая из общей массы мой взгляд, удивленно вскидывает бровь и улыбается. А я таю. Будто и не было этих лет. Стремительно пересекая комнату, он приближается, широко раскинув руки, и я, недолго думая, зарываюсь в его объятия. Надо же. Он даже пахнет, как тогда. Ничего не изменилось. Разве, что я выросла. Мы стоим посреди зала с закрытыми глазами в невозможности оторваться друг от друга. Слишком многое нас связывало, и слишком легко мы простились, чтобы сейчас упустить этот шанс. Наконец, разделившись, мы перемещаемся за столик. Мягкий солнечный свет осеннего солнца проникает сквозь большое окно и освещает его лицо. Да, Сергей и без него, сам светится, не стесняясь разглядывая меня со всех сторон. — Ты совершенно не изменилась, все так же прекрасна, — делает он скорее вывод, чем комплимент, нарушая нашу скромную тишину, — ну как ты? — А ты? — отвечаю вопросом на вопрос, не желая говорить сейчас о себе. — О, я хорошо, — он протягивает руку и накрывает ладонью мою. Теплота обволакивает меня одеялом, но я не отдаюсь ей. Слишком много поставлено на карту. — Взял небольшой отпуск. Скажи, а ты была в Питере осенью? Дождливо, правда, но не сравнится с нашим городом. Я качаю головой, пугаясь, что отвлекусь от верного направления, поэтому выдаю: — В чем была суть спора на меня? Сергей откидывается на спинку стула и чешет лоб. — Может, поговорим об этом позже? Столько лет не виделись! И я голоден, только с самолета. Официант, — он кивает молодому человеку в фартуке. Я молча жду, пока Сергей сделает заказ, и снова качаю головой, когда он предлагает купить что-то и мне. — Расскажи о споре, — я настойчиво повторяю вопрос, как только официант покидает нас. — Карин… — неуверенно начинает он, но я перебиваю. — Сереж, ты должен понимать, как это для меня важно. На кону стоит слишком много. Он хмурит лоб и выдыхает. — Я думал, мы будем говорить о более приземленных вещах. О том, чем занимались столько лет, что видели, куда ходили. О Мише, например. — Поговорим. Позже. Я пристально наблюдаю за ним. Понятно, ему неприятна тема, и он бы рад ее сменить, но видя мою решимость, лишь придвигается ближе и тихо начинает: — Помнишь тот корпоратив? Я, затаив дыхание, слушаю. — И чем он закончился тоже? Я еле сглатываю. — Денис пришел ко мне наутро. Злой до чертиков. Он решил, что между нами что-то было, и теперь непременно должен добиться тебя, без остановки бросал мне в лицо ругательства, говорил, что я испортил ему жизнь, и в ответ он испортит мою. И ты просто оказалась разменной монетой. Мне так жаль. Сочувственное выражение его лица наводит меня на мысль, что все несколько сложнее. Ну и что, что Денис решил отбить меня, это обычная ситуация. Что может скрываться за этим? Я с тревогой выдыхаю, глядя, как мой собеседник неуютно крутится на стуле. — А как же ты умудрился испортить ему жизнь? Сергей отвечает не сразу. Он расслабляет галстук, опустошает стакан с водой и только тогда переводит взгляд на меня. — Он рассказывал, что случилось с его родителями? Не понимая, какая здесь связь, я киваю. — Что именно? — Ну, — я напрягаю память, — что они разбились в автокатастрофе еще до нашего знакомства. Кажется, ему было восемнадцать лет. Сергей, соглашаясь, закусывает губу. — Все верно. А причина? Я мотаю головой. Денис обычно избегал этой темы. Когда в начале отношений я спрашивала, он отвечал односложно и слишком уклончиво, и вскоре я перестала задавать вопросы. Если они задевают его до сих пор, то мне не очень хотелось быть той, кто станет бередить старые раны. — Странно, а я думал, он первым делом сдаст меня. Мои глаза округляются от удивления. Сережа виноват в смерти родителей Дениса? Я складываю губы трубочкой и выдаю протяжный звук «о». Кажется, этого мало, чтобы выразить все эмоции, но ничего другого на ум не приходит. И как-то вдруг мои собственные переживания уходят на задний план. — Что ты натворил? |