Книга Утерянный жемчуг, страница 32 – Крис Велрайт

— Что здесь происходит? – прогремел сильный голос отца. – Прекрати ее бить, иначе мы не найдем ей жениха. Кто возьмет увечную?

— Спина – не лицо. – Мать все еще задыхалась от гнева и усталости от того, что пришлось столько раз уронить прут на спину Мэйлинь. – Ей суждено выйти за крестьянина или работника, таким людям все равно, что там у нее со спиной, лишь бы не была слишком страшной и больной.

Мать взялась перечить отцу, но все же бить Мэйлинь перестала.

— Иди ко мне, дитя, – отец поманил к себе Мэйлинь, – и расскажи, что тут случилось.

Но мать снова начала кричать:

— Случилось то, что она решила опозорить наш род и спуталась с мужчиной! Вся улица видела, как он хватал ее за разные места! Все соседи уже знают. Кому мне теперь такую дочь пристроить? Я говорила, что не надо было пускать ее на работу. Сидела бы дома – не принесла бы бед.

— Это правда? – сурово спросил отец.

— Она видела только тень, а говорит, что разглядела всего тигра, – отозвалась Мэйлинь, вспомнив местную поговорку. Она не могла бы объяснить отцу, отчего посторонний мужчина держал ее за руку, дотронулся до ее талии и вытаскивал ее из окна лавки. Но она надеялась, что он верит ей и знает, что она бы никогда не совершала того, в чем обвиняла ее мать.

— Ты уже достаточно наказана: иди на свою циновку, останешься без ужина.

Отец не любил криков жены и с возрастом стал избегать лишний раз ввязываться с ней в ссоры. Но Мэйлинь знала, что как только мать уйдет из дома на двор, он подсунет ей за занавеску пару пшеничных лепешек.

Если бы не отец, то Мэйлинь не смогла бы вечером пойти в гостиницу. Мать была на нее так зла, что не желала выпускать из дома. Она считала, что теперь все сэянцы в округе будут обходить их стороной. Но деньги есть деньги, они нужны их семье, а никто, кроме Мэйлинь, не зарабатывал их в достаточном количестве, чтобы не умереть с голода и холода. А зимы тут и правда были страшные.

До этого Мэйлинь никогда не видела снега. Она помнила, как в первый год своего пребывания в Вите однажды вышла на улицу и поразилась, что с неба падает белый пух. Он выглядел очень красиво и одновременно жутко, потому что Мэйлинь не понимала, что это могло означать. Еще больше ее поразило, что снежинки были холодные и моментально таяли, коснувшись ладоней. Это было настолько завораживающе, что ей даже понравилась подобная смена погоды. Но никто не предупредил ее семью и саму Мэйлинь, какой сильный холод последует за этим.

В свою первую зиму в Синторе она думала, что умрет. Воздух стал таким ледяным, что при глубоком вдохе обжигал глотку и легкие. Мэйлинь боялась, что лед заморозит ее изнутри и она упадет замертво. Даже дома было нестерпимо холодно. Денег на дрова у них не было: Мэйлинь покупала дешевый навоз, делала из него лепешки, сушила и топила ими печь. Отвратительный запах пропитал все стены и всю одежду, но, по крайней мере, становилось хоть чуточку теплее. Навоз быстро прогорал, как и деньги их семьи, поэтому мать не разрешала топить дом всю ночь. Они закрывали дверь и окно, затыкая щели соломой, а когда ложились спать, прижималась друг к другу, чтобы хоть как-то сохранить тепло.

Хозяйка Ицин прознала о том, в каких условиях живет Мэйлинь, и предложила ей тогда перебраться ночевать на кухню гостиницы. Но Мэйлинь отказалась. Она боялась, что когда утром вернется домой, то увидит заледеневшие тела родителей. Этот страх оказался таким сильным, что до сих пор зимой она часто просыпалась по ночам и проверяла, дышат ли мать и отец.