Книга Дыхание дракона, страница 87 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Вместо того чтобы готовиться к поединку, Джун направился к павильону участников. Бойца в маске там не оказалось, как, впрочем, и в других местах Парка воинов. Вероятно, после поединка он не стал обращаться за медицинской помощью, а сразу покинул остров, чтобы исчезнуть так же быстро и таинственно, как обычно делал его театральный прототип. Кто бы ни скрывался под маской Человека-невидимки, он был учеником Чанга, кандидатом, выдвинутым Обществом безмолвной флейты, чтобы противостоять Леопарду и генералу Кобу в их борьбе за власть. И вот теперь, даже оставшись непобежденным, он выбыл из борьбы, и Леопард еще на шаг приблизился к званию Хранителя. Поле битвы безжалостно сокращалось; еще чуть-чуть – и начнется четвертьфинал, когда на арену вынесут оружие и состязания станут смертельно опасными. Мог ли Чанг предвидеть такое развитие событий? Не для того ли он взялся тренировать Джуна, чтобы в случае неудачи Человека-невидимки победу смог одержать другой его ученик?

«Соберись!» – Голос Сая, прозвучавший в голове, вернул Джуна к реальности. Глубоко вдохнув, он постарался сосредоточиться на разминке. Как обычно, в начале дня ему требовалось дополнительное время, чтобы подготовить тело, однако больше всего в тот момент он нуждался в восстановлении душевного спокойствия.

Объявили о начале поединка. Джун вышел на арену и оказался лицом к лицу с высоким мускулистым мужчиной, которого диктор представил как Бесстрашного Вана из школы «Руки-молнии». Соперник был выше Джуна на целую голову, но особого внимания заслуживали сверкающие ярко-синие чешуйки, покрывавшие верхнюю часть его левого плеча. Юноша встал в боевую стойку, напряженно размышляя: впервые на турнире ему предстоит сразиться с противником, отмеченным Дыханием Дракона. В чем заключается его особый дар? И тут же в памяти всплыли изуродованное колено и слова Старика Джанга: «У тебя не будет ни малейшего шанса против бойцов, отмеченных Дыханием, – они обладают такими преимуществами, которым ничего не противопоставить». Как бы Джун хотел услышать в этот момент голос брата, чтобы тот хотя бы подбодрил его!

Раздался удар гонга. Свойственные юноше скорость и напор обычно позволяли ему перехватить инициативу, но в этот раз он стал медленно обходить соперника, ожидая, чтобы тот напал первым. «Продемонстрирует ли Ван свои исключительные способности сразу, надеясь на быстрое завершение поединка? Или же будет ждать подходящего момента, чтобы застать меня врасплох?» – прикидывал Джун.

Противник не стал дожидаться – он сделал подряд три поразительно быстрых и точных удара, нацеленных в голову. От первых двух юноше еще удалось увернуться, а вот третий пришелся прямо в щеку. Голова взорвалась от боли, он зашатался. И в этот момент Ван нанес ему мощный удар ногой в грудь. Пытаясь сохранить равновесие, Джун сделал несколько шагов назад и упал на спину. Перекатившись в сторону, он быстро вскочил, однако почувствовал себя дезориентированным. Звон в ушах был настолько сильным, что заглушал даже шум толпы. И тут среди зрителей, стоявших сбоку от арены, Джун увидел Рен. Она пришла, как и обещала, чтобы посмотреть на его выступление.

В памяти тут же всплыли смятение и обида, бушевавшие в душе накануне вечером; но разве могли они сравниться с тем, что он реально испытывал к этой девушке? Ее присутствие на поединке одновременно взволновало и успокоило Джуна.