Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2, страница 61 – Шуан Мэйхуа

Как будто пытался выгравировать эти слова в пустой голове сидящего рядом Хань Яоцзу, который был явно в смятении, а глаза покраснели от разгорающегося в грудной клетке гнева. Шэнь Панин разъяснил еще кое-какие детали, чтобы Хань Яоцзу был в курсе про яд, про Сы Жуань и про Хань Иньюэ. Про то, как Ю Байху вставал на их сторону, утверждая, что покушение организовала не семья Хань, пока Чэнь Цаньжэнь чуть ли не устроил мятеж, преградив им дорогу до дома, организовав западню, чтобы отомстить за невестку и сына. А Хань Яоцзу нужен Шэнь Панину не только для того, чтобы Хань Ян оставалась на его стороне, но и для того, чтобы мирно пересечь границу, не теряя в пути своих людей.

Когда Шэнь Панин закончил говорить, он кивнул, тихо спрашивая:

— У тебя есть вопросы?

Хань Яоцзу резко встал. Шэнь Панин продолжал сидеть со сложенными на груди руками, внимательно наблюдая за действиями этого мальчишки, на голову которого как будто обрушилось целое небо. Видя, что тому явно стало нехорошо после услышанного, он тихо поинтересовался:

— Эй, ты в порядке?

Будто не слыша слов Шэнь Панина, Хань Яоцзу медленным, но уверенным шагом направился к выходу из шатра. Двое стражников намеревались его остановить, но Шэнь Панин позволил принцу выйти на свежий воздух, чтобы немного проветриться и хорошенько все обдумать.

Цзунсылин тяжело сглотнул и покачал головой, бормоча:

— Какие эти дети мягкосердечные. Если принимать все так близко к сердцу, то долго не проживешь.

Но уже через пару фэней на улице раздались крики и звуки сражений. Шэнь Панин тут же поднялся с места, чтобы выяснить, что произошло.

Хань Яоцзу скрестил меч с Лань Шицаном.

Увидев в руках этого парня оружие, Шэнь Панин взбесился:

— Кто дал ему меч?

Воины, ставшие свидетелями этой драки с самого начала, поспешили объясниться:

— Он вышел из шатра, словно призрак, а потом неожиданно выхватил меч у одного из ваших подчиненных и направился прямо к этому демону.

Шэнь Панин стиснул зубы:

— Идиоты!

Все произошло так внезапно, что никто не успел что-либо предпринять. И когда принц набрался смелости, чтобы сражаться с этим существом один на один?

Лань Шицан холодно смотрел на Хань Яоцзу, держа спину прямо, тем временем Хань Яоцзу морщился и уже весь покрылся потом. Лань Шицан отразил удар, пнул юношу в живот, отбросив от себя.

Больно ударившись спиной о камни, Хань Яоцзу прошипел, ощущая металлический привкус собственной крови во рту:

— Сукин ты сын! Ты ублюдок! А ну иди сюда, я еще с тобой не закончил.

Шэнь Панин, наблюдавший за всем этим, приказал:

— Отберите у него меч и притащите его сюда!

Несколько воинов кинулись к нему. Хань Яоцзу продолжил кричать вслед уходящему силуэту в черных доспехах:

— Я видел, ты держал в руках заколку. Значит, остатки твоего разума цепляются за эту вещь. Что ж, хорошо. Очень хорошо. – Хань Яоцзу засмеялся. – Эта вещь принадлежит девушке. Твоей возлюбленной? Матери? О, а может, твоей сестре? Надеюсь, эта вещь принадлежит твоей сестре, буду надеяться, она умерла мучительной смертью… А если нет, то я найду ее и убью собственными руками, чтобы она долго мучилась. Я сделаю это!

Лань Шицан неожиданно остановился. Он замер, как будто что-то обдумывая. Воины уже успели подбежать к Хань Яоцзу.

— Сестре? – тихим шепотом вырвалось из губ Лань Шицана. – У меня была сестра? – Его взгляд был стеклянным, опустошенным, Лань Шицан выглядел в точности как фарфоровая кукла. Он стоял, словно статуя, позволяя ветру касаться своих распущенных белых прядей, унося куда-то вдаль слово «сестра», что демон произносил уже не в первый раз. «Сестра».