Онлайн книга «Осколок рая»
|
Нейт… ты начинаешь меня бесить. Ты же не хочешь меня разозлить?.. Нейт приблизился к окну. Ветер трепал пластиковую пленку в раме. На улице никого не было. Может, и вообще ничего не было? Может, ему все приснилось? Нейт сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Может, сейчас он проснется – и все закончится? И тут он увидел это. На пределе видимости, за краем окна с правой стороны. Оно стояло молча, плотно прижавшись к стене хижины… …Постепенно игры Илая становились все более жестокими. Раньше Маленький Рай терроризировали муравьи (на территории было пять или шесть больших муравейников), которые жалили довольно больно. Однажды после полудня Нейт наткнулся на Илая, одного из братьев Редхиллов, Джейн Уигел и Бетси Уитт, сидевших около одного из муравейников. Илай держал в руках бутылку с лимонным соком. Он выдавливал этот сок в муравьиную нору: кап, кап, кап. Муравьи судорожно разбегались. Другие дети держали в руках разбитые донышки бутылок из-под кока-колы. Через них они фокусировали солнечные лучи, поджигая муравьев, метавшихся вокруг. Вж-жих! — Кислота в соке плавит им мозги, – сказал Илай Нейту с хладнокровной улыбкой. – Они не понимают, куда бежать. Остальные дети едва обратили внимание на Нейта. Бетси Уитт взглянула на него стеклянными пустыми глазами. Раньше она была из тех, о ком говорят, что они мухи не обидят. Буквально. Нейт сам видел, как она открывала дверь, выгоняя муху наружу, чтобы кто-то другой ее не прихлопнул. — Подвинься! – Бетси грубо оттолкнула Нейта. – Ты солнце загораживаешь… Позже в тот же день Нейт встретил ее за складом. Она плакала. Слезы текли по щекам девочки. — Я не хотела обижать этих муравьев, – всхлипывала она. – Я не хочу причинять боль никому. Если ты причиняешь боль другому живому существу, Бог видит это. И осуждает. Но я ничего не могла с собой поделать… Ты когда-нибудь чувствовал себя так, Нейт? Ее лицо исказилось. Нейт не знал, что и ответить. Но да, он прекрасно понимал, о чем она. Это чувство становилось все сильнее с каждым днем. Иногда ему хотелось причинить боль кому угодно. Чем тот слабее, беззащитнее и ближе к нему – тем лучше. Прежде он такого не чувствовал… И это происходило не только с детьми. Однажды ночью Нейт проснулся и увидел отца, стоявшего в углу. Тот был голый и потный и бормотал: «Убью тебя, убью тебя, убью тебя». Отец матерился и сжимал руки так, словно кого-то душил, – но при этом он крепко спал. А на следующее утро, проснувшись, радостно объявил, что голоден как лошадь. Нейт… старый приятель, мой дорогой друг… Нейт подошел к окну вплотную. Теперь он мог разглядеть фигуру в профиль. Кто-то худой и жутко белый сгорбился возле хижины. Нейт уловил безумное жужжание – звук, наводивший на мысль о мухах, снующих внутри пустой банки из-под детского питания. — Илай? – дрожащим голосом произнес он. Фигура метнулась к окну, словно дверь, захлопнутая резким порывом ветра. Чпок!Лицо ударилось о пластик. Нейт сделал шаг назад. Очень большой шаг. Это действительно был Илай Рэтбоун. И выглядел он… не очень хорошо. Его лицо казалось белым, как сало, бледным, как пламя в самой глубине костра. Волосы, прежде рыжие, как у циркового клоуна, теперь поседели, будто какой-то волосяной вампир высосал из них весь цвет. Илай стал невообразимо худым: ребра выпирали, соски вытянулись и удлинились, кожа обвисла, как у глубокого старика. |