Книга Демоны и сталь, страница 113 – Денис Бурмистров

Старый маяк гудел и трещал, подставляя истерзанный северными ветрами бок хлестким ударам холодного ливня. Он казался кораблем, попавшим в шторм, и лишь глухое упрямство не давало ему поддаться порывам ветра, перевернуться и затонуть. Жалобно дребезжали мутные стекла в покосившихся окошках, пропуская наружу свет раскаленного «солнечного» камня, что почти с осязаемым шипением раздвигал подступающую со всех сторон тьму.

Только тьма больше не боялась света старого, почти выдохшегося камня, она безнаказанно вползала внутрь, заглядывала в окна, изучала черными щупальцами комнаты и коридоры.

Тьма искала Максимилиана.

Это была уже третья Бродячая Гроза, которую Максимилиан переживал в своем невольном убежище. Уже третий раз черная небесная опухоль накатывала из Лунных Пустошей на заброшенный имперский бастион, заливая окрестности Ноиранта холодным маслянистым ливнем, от которого почва превращалась в липкую смолу, безжизненную и ядовитую. Прежде Гроза пригоняла чумное поветрие, суховей, в котором слышались голоса давно умерших людей, сгинувших где-то за Серпом. Этот шепчущий ветер, который ни с чем не перепутать, предвосхищал надвигающееся безумие. Безумие и Грозу, что убивали одинаково медленно и страшно.

С нижнего этажа башни раздался протяжный нечеловеческий крик. Максимилиан вторил ему, не имея больше сил сдерживаться. Сильнее сдавил пульсирующую от боли голову, готовую развалиться на куски. Червяком извивался на тонком травяном матрасе, влажном от пота и слез.

Максимилиан точно знал, что тьма ищет его, он ощущал ее дыхание на своем затылке. Видел тех, кто в ней обитал.

Запертое внизу существо выло и царапало стены, выкрикивая имена старых богов, проклиная и умоляя вернуться старого хозяина.

Под утро Максимилиан свалился без сил, слушая недовольный рокот уползающей стихии. На горизонте ослепительные вспышки подсвечивали затянутое тучами небо, кривой отрез далеких гор и еле заметные в сизой дымке гигантские фигуры, не то миражи далеких миров, не то бредущих по Пустошам чудовищ.

Сновидений не было, лишь похожий на смерть миг пустоты, незаметно сожравший несколько часов. Голова больше не раскалывалась, но походила на свинцовый шар, заполненный шумом и звоном. Никуда не делась и тянущая боль под лопаткой, где все еще под кожей таился духокамень капитана Равса.

Максимилиан поднялся, сгреб с подоконника помятую жестяную кружку, зачерпнул из маленькой бочки воды и с жадностью выпил, чувствуя, как тонкие струйки скатываются по подбородку за ворот. Вытер рот дырявым, но чистым полотенцем, вновь наполнил кружку, но уже разбавленным вином из позеленевшего медного кувшина. Пошатываясь, но с каждым шагом все увереннее, направился к выходу из своей каморки.

На лестнице – черной каменной спирали, тянущейся от продуваемого ветрами купола к массивному подножию башни – пахло сыростью и горелым фитильным маслом. Эхо старательно повторяло стук каблуков и шарканье ботинок, пока Максимилиан спускался на площадку ниже. Остановившись перед узкой дверью на массивных петлях, мальчик осторожно заглянул в маленькое, закрытое кованным перекрестием оконце.

Тьма по ту сторону зашевелилась, подалась ближе, сформировалась в сгорбленную фигуру. Блеснули покрасневшие глаза.