Книга Ловя отражение Луны, страница 173 – Гвендолин Доу

— Благородный бессмертный, я пытался не допустить ошибки! Есть недоброжелатели, которые пытались поднести вам мандарины вместо персиков, а зная, как вы их ненавидите…

Следующие слова застыли в горле. Чоу Иньцю вдруг посмотрел ему в глаза – серебристые изогнутые месяцы, словно серпы. Маленький избалованный господин, со смертью которого все облегченно выдохнули.

А затем раздался гром, и земли семьи Чоу осыпало громом и молниями долгие луны.

— Я вовсе не ненавижу, маленький лжец. Что же касается расположения, то оно тебе ни к чему. Ты никогда не нуждался в благословении небожителей и справишься с препятствиями без меня.

— Знаю, что не заслужил…

— Ты в нем не нуждаешься, – мягко перебил Лэйдяньи. В его взгляде появилась капля сочувствия – серебристым хвостом падающей звезды. – Больше мы не увидимся, маленькое подобие Ненастья, потому проживи свой срок достойно. Хотя бы постарайся.

Затем Повелитель Молний и Гроз поднял руку и сорвал пальцами одну из звезд с ночного полотна, как если бы та была плодом дерева из его сада. Сияющее небесное тело скатилось в ладонь Чоу Иньцю – очередное из серебряных украшений на поясе. Посмотрев на звезду в руке, божество раздавило ее, как переспевший плод. Прежде чем Мо Ян смог что-то ответить, он почувствовал легкий удар курительной трубкой по голове и сразу потерял сознание. Проснулся он уже наутро.

На следующий день начался заключительный этап испытаний на Трехглавой горе. В долине Старейшин собрались адепты всех трех школ, обменивались новостями и с нетерпением ожидали начала захватывающих дух сражений.

Чжоу Линь, ответственная за проведение последних соревнований, поднялась на платформу и кратко пояснила правила: соперники имеют право как сражаться выбранным оружием, так и обходиться лишь собственными силами. Использование ци разрешается в такой степени, чтобы не смертельно ранить противника. Бой считается завершенным, когда один из участников не в силах подняться на ноги или сам просит пощады.

— Чангэцуй ^[209] реагирует на использование ци, потому будьте внимательны и контролируйте духовные силы. В противном случае вы признаетесь проигравшим, – сказала женщина. Она стояла, скрестив руки на груди и широко расставив ноги, словно на палубе корабля. – От каждой школы будет в итоге выбран один ученик, который отправится в столицу представлять Трехглавую.

Чжоу Линь кивнула, смерив взглядом своих учениц, и сошла с платформы. Бай Шанцюэ рядом с адептами своей школы еле слышно вздохнул. Старейшины заняли свои места под навесом, и им подали чай. Е Сюлань только прибыл со своими учениками.

— Моим старшим еще долго учиться красивой речи. – Учитель Бай посмотрел на Мо Яна по правую сторону от себя и ласково растрепал ему челку. Гу Минь рядом нахмурился.

— Учитель, что вы… Я уже почти взрослый муж, – тихо запротестовал адепт Мо, жмурясь от ударившего в открытые глаза солнца.

— Не говори глупостей, до церемонии твоего совершеннолетия еще несколько лун, – улыбнулся Бай Шанцюэ, оправляя усы. – Мо Ян, я знаю, что в бою ты способнее, чем кажешься. Просто постарайся и покажи лучшее, на что способен.

Просто постарайся, – эхом прозвучало у Мо Яна в голове. – Просто постарайся, постарайся, ведь все смотрят на тебя, всем что-то нужно от тебя. Честное слово, лучше бы сбежал в леса и спал в норе…