Книга Одноклассники, страница 59 – Юлия Захарова

— Ничего, — Макс встал, принес мне новый, наполнил, а заодно накинул мне на плечи пушистый плед, так на улице стало холодать.

— Прости, — прошептала я снова. — Не хотела портить такой хороший день…

Макс ничего не ответил. Только посмотрел на меня — внимательно, как будто видел не только слова, а то, что за ними: обиду, горечь, боль, которую я пыталась залить вином и утопить в злорадстве. Дальше мы сидели в полной тишине, погруженные каждый в свои мысли. Каждый новый глоток был как попытка доказать себе: я сильная, я не сломалась, я лучше. А внутри все клокотало от ярости и кричало: меня предали, меня выбросили, я никому не нужна.

На город спустилась глубокая ночь. Даже звезды стали тусклыми, а луна спряталась за откуда-то взявшейся тучкой. Стало прохладно, ветер усиливался. Я поежилась, по коже побежали мелкие мурашки. Но не от холода, а от осознания, что я снова все испортила. Левашов привез меня в это прекрасное место не для того, чтобы слушать мое нытье о Жеке и Лельке. Наоборот, он хотел, чтобы я отвлеклась, забылась, выдохнула. И у меня почти получилось. Я прекрасно провела эти два дня, но потом все равно что-то пошло не так.

Я мысленно приказала взять себя в руки, посмотрела на Макса и попыталась изобразить улыбку. Он заметил мой взгляд и вынырнул из своих раздумий.

— Ты замерзла? — Левашов слегка коснулся моей руки, и мурашки тут же увеличились в размерах.

Я поежилась.

— Идем в дом? — предложил он.

Я кивнула, поднялась с кресла, поплотнее закуталась в плед. Макс забрал вино и бокалы, задул свечи, и мы вернулись в номер.

— Прости еще раз, — попросила я снова, подходя к нему совсем близко. — Ты столько сделал для меня. Я очень тебе за это благодарна.

Я положила ладонь ему на грудь и осторожно провела вниз, к накаченному до кубиков прессу. Левашов напрягся. Он смотрел куда-то мимо моего плеча, дыхание его сбилось, сердце глухо стучало на всю гостиную.

Я обвила его руками за шею, приникла всем телом. Он дрожал. Я подняла голову. Наши взгляды встретились. Губы были так близко, что я чувствовала его дыхание на своем лице, терпкий запах дорогого вина, смешанный с мятной свежестью и фруктовыми нотками цитруса.

Я потянулась к нему, захотела поцеловать, но… он внезапно отстранился.

— Не надо, Надь… — его голос прозвучал хрипло.

Я отскочила от него, опустила глаза. Щеки вспыхнули от стыда. Он отверг меня…

— Прости… — прошептала я уже в который раз за вечер, а на глаза навернулись слезы. — Я просто подумала…

Договорить я не смогла, ком подступил к горлу.

— Что ты подумала? — он говорил жестко, почти с обидой. — Что меня надо отблагодарить? Что я тебя покупаю?

— Я подумала… Что нравлюсь тебе… — слова давались мне с трудом.

— Нравишься… — Макс с горечью усмехнулся и поднял на меня глаза. — Я влюбился в тебя с первого взгляда. Еще в школе… Только тобой и грезил!

— Понятно… А я, дура такая, тебя тогда не оценила! — я заламывала пальцы на руках от отчаяния. — А теперь ты вернулся весь такой успешный, богатый, и решил показать мне, кого я потеряла?

— Не говори глупостей! — он подскочил ко мне, обнял, крепко прижал к себе. — Я всю свою жизнь люблю тебя.

— До сих пор? — я отстранилась и посмотрела на него.

Его глаза были полны нежности, но смешанной с болью.