Книга Измена. Верну тебя, жена, страница 85 – Ира Орлова, Анна Гранина

В машине я звоню Игорю.

— Артём? Что случилось? – голос у адвоката настороженный.

Рассказываю ему все, что видел, попутно объясняя кто такие Катя и Виктор. Он выслушивает, шумно выдыхает:

— Артём, успокойся. Это очень важная информация, но сейчас главное не наломать дров. Ни в коем случае не вмешивайся. Не подходи к ним. Не показывай, что ты их видел. Мы будем действовать в рамках закона. Пусть я иду по проторенной дорожке, но она безопасна и гарантирует результат, рано или поздно.

— Я не могу сидеть сложа руки, Игорь! Она там совсем одна! Я должен что-то сделать!

— Ты сделаешь, но умно. Дай мне время переварить это и подумать. Мы найдем зацепки. А пока – обещай мне, что ты не будешь принимать никаких необдуманных решений.

Да пошёл ты со своим законом, Игорь. У меня ребёнок спит без матери. У меня женщина в изоляторе, потому что кто-то решил поиграть в бога.

— Хорошо, – цежу сквозь зубы, вопреки своим мыслям.

И на следующее утро, несмотря на бессонную ночь, я собран и решителен. Отправляюсь к офису Воронцова. Знаю, что попасть к нему так просто не получится, поэтому у меня другой план. Паркуюсь неподалеку от пего офиса и жду.

Наконец, около девяти утра, из черного «Мерседеса» выходит Воронцов. Спокойный, уверенный в себе, с надменным видом.

— Александр Олегович! – окликаю его, подходя.

Воронцов оборачивается, на лице его отражается секундное замешательство, а затем на нем появляется маска равнодушия.

— Простите, я вас не знаю, – сухо произносит он, делая шаг к двери.

— Артем. Меня зовут Артем Громов. Я муж Анны Громовой, — выдаю холодно отслеживая его реакцию. — Мне нужно с вами поговорить. Очень срочно.

Воронцов хмурится.

— Мне не о чем с вами говорить. Все вопросы решаются через адвокатов.

— Пять минут. Это важно, — не отступаю я.

Александр скептически смотрит меня, явно взвешивая что-то в уме.

— Только не в машине и не на улице. Я не веду конфиденциальные разговоры в таких условиях. Если вам так приспичило, — он кивает в сторону небольшой кофейни. — Там. Десять минут. Не больше.

И мы идем в кофейню. Я беру эспрессо, Воронцов ограничивается минеральной водой.

Садимся за небольшой столик у окна.

— Я вас слушаю, — скрещивает руки на груди Александр, он явно недоволен и отстранен.

— Вы же прекрасно знаете, зачем я здесь. Моя жена ни в чем не виновата. Её обвиняют в мошенничестве на шестнадцать миллионов. Вы подали заявление. Скажите, зачем? Это же чистой воды подстава.

Воронцов отпивает воду, его глаза холодные, но уголок рта дёргается в усмешке.

— Артём, я понимаю, вам тяжело, — говорит он, как будто заучил текст. — Но я потерпевшая сторона. У меня есть все доказательства: подписанные вашей женой акты, выписки со счетов, куда ушли деньги. Экспертиза покажет, что подписи настоящие. Я потерял миллионы. Это не личное, это бизнес. Она оказалась… нечистой на руку. Просто смиритесь.

— Вы лжете, – я едва сдерживаю себя. — Аня построила свой бренд на честности. Она жила этим делом. Она никогда бы не стала воровать.

Александр лишь качает головой.

— Жизнь непредсказуема, молодой человек. Иногда люди меняются. Возможно, успех вскружил ей голову. Или жадность.

Каждое слово Воронцова взвешено, продумано. Он говорит с такой осторожностью, словно боится, что я записываю наш разговор, хотя я и оставил телефон в машине. Никакой откровенной беседы не получается. Он закрыт, как глухая стена.