Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 24 – Ангелина Сантос

Тесса нашла журнал выдачи справочника.

— Его запрашивали вчера, — сказала она.

— Кто?

Архивист закрыл журнал ладонью.

— Сведения о служащих выдаются по судебному требованию.

— Тогда отметьте в нашей расписке, что справочник просматривали после подачи запроса Клары и до нашего прихода.

Он не хотел, но правило запрещало отказать стороне в фиксации состояния документа. В отметке появилось время: вчера, шестнадцать двадцать. Наш запрос приняли утром этого дня. Кто-то в Палате начал проверять соседние номера раньше нас.

Я переписала номер Клары в свою тетрадь. Тесса сняла открытые сведения о владельцах и датах. Среди девяти дел нашлось еще два решения с фразой о добровольном оставлении дома, но имена сторон были закрыты по соглашениям.

— Теперь точно подаем, — сказала Тесса.

Я посмотрела на часы. Ранар должен был к этому времени получить внутреннее заключение или официальный отказ. Для ареста семейных документов его помощь была полезна. Для запрета уничтожения палатной коробки — не требовалась.

И все же номер БП-4187-Т мог связать дело Клары с журналом Вейров. Если я сообщу Ранару сейчас, он проверит семейные ссылки быстрее государственного архива. Если внутри рода есть человек, передающий сведения Аделе, коробка может исчезнуть до судебного запрета.

Вчера Ранар подписал требование о холодной экспертизе и признал неполноту заключения. Двенадцать лет назад он видел запись моего отца и оставил ее внутри рода. Оба факта были верны. Выбрать один и забыть второй было бы удобно, но непрофессионально.

— Номер связанных коробок ему пока не передаем, — сказала я.

Тесса перестала листать каталог.

— Почему?

— До судебного запрета круг знающих должен быть минимальным.

— Он хранитель и уже на нашей стороне в вопросе экспертизы.

— Он на стороне сохранности архива. Семейный совет ограничил ему доступ. Если он направит внутренний запрос, Адела узнает номер раньше судьи.

— А если не направит?

— Тогда мы потеряем несколько часов, не больше.

Тесса не выглядела убежденной.

— Запиши номер в запечатанное приложение к ходатайству, — продолжила я. — Открытая часть объясняет риск по делу Клары. В закрытой просим сохранить девять соседних коробок до проверки связей.

— Судья спросит основание по восьми чужим делам.

— Точное совпадение формулировок и общий индекс. Этого может не хватить для изъятия, но хватит для короткого запрета на уничтожение.

Мы составили ходатайство в читальном зале. Клара разрешила запрос только своего приложения, поэтому чужие имена мы не указывали и просили суд самостоятельно проверить закрытый список. Я поставила номер БП-4187-Т в запечатанный конверт, рядом перечислила диапазон соседних коробок.

К ходатайству я добавила копию красной отметки о полученном запросе, выдержку из правил хранения и запись о вчерашней выдаче справочника. Вместе они показывали конкретный риск: сотрудник Палаты уже искал тот же диапазон, а председатель имел право менять порядок хранения. Я все еще не могла назвать уничтожение вероятным, но могла объяснить, почему обычного обещания архивиста недостаточно.

В канцелярии сообщили, что судья Карр ведет выездное заседание до вечера. Срочный пакет примут, но рассмотрят утром.

— Можно направить дежурному судье, — предложила Тесса.

— Он потребует раскрыть номера Палате для возражений. Тогда закрытое приложение потеряет смысл.