Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 25 – Ангелина Сантос

— Значит, ждем?

Я еще раз оценила срок. По официальному графику документы Клары должны были храниться двадцать один день. В карточке уже стояла отметка о запросе. Риск ночного уничтожения казался ниже риска немедленной утечки. Я приняла решение оставить пакет Карр.

— Ждем до утра.

В контору мы вернулись к пяти. Клара забрала счетную книгу и получила наши копии описи. Савина пришла после встречи с оценщиком: управляющий дом в льняном поместье был пригоден для проживания, в нем оставались две свободные комнаты и отдельный кабинет для учителя. Однако семейный совет направил в земельный реестр заявление о временном управлении всем поместьем.

— Регистрацию остановили? — спросила она.

— Наш запрет принят сегодня. До решения суда управление не перепишут.

— Торвальд перестал оплачивать мой постоялый двор.

— Он обязан предоставлять содержание до расторжения брака. Подадим требование о временной выплате.

— У меня есть личные деньги на две недели.

— Сохраните квитанции. Мы рассчитываем его обязанность; милости здесь никто не просит.

Савина увидела имя Клары на согласии, лежавшем лицом вниз, только когда я сама повернула документ для подписи на описи. Я объяснила, что найдено второе решение с похожей формулировкой, но не раскрыла обстоятельства без разрешения Клары.

— Значит, это делали и раньше, — сказала она.

— Возможно. Одного совпадения недостаточно.

— Если найдутся другие женщины, мое дело станет сильнее?

— Сильнее станет доказательство способа. Но суд не должен использовать вас как удобный пример ради чужой реформы. Ваши опека и имущество останутся отдельными требованиями.

— А если придется выбирать?

— Мы обсудим конкретный выбор, когда он появится. Сейчас его нет.

Она приняла ответ. Я заметила, что за четыре дня ее вопросы изменились: раньше она спрашивала, позволят ли ей увидеть дочь. Теперь — как ее решение повлияет на дело. Возвращение контроля начиналось задолго до судебного решения.

В семь вечера пришел официальный ответ архива Вейров. Технического заключения о «проверке устойчивости» не существовало. В журнале подрядчиков код Р-17–44 принадлежал мастерской Йорена Локса в Ристе. Заказ оформляла Адела Вейр, оплата прошла через счет семейного сопровождения. Ранар приложил копии только тех страниц, доступ к которым получил после нашего судебного запроса, и отдельно указал, что совет отказал в выдаче внутренней переписки.

Внизу стояла приписка: «Если номер связан с иными делами, прошу передавать сведения через суд, поскольку внутренние запросы доступны совету».

Он сам предложил правило, которое я уже выбрала. Мне следовало отправить ему запечатанную копию ходатайства через секретаря суда, чтобы все стороны работали с одним набором сведений. Вместо этого я сказала себе, что до утра ничего не изменится.

Мы с Тессой закончили список свидетелей около десяти. Она ушла первой, унеся письма Савины в службу встреч. Я заперла шкаф, проверила печать на окне и спустилась к переплетчику оплатить еще неделю аренды. Денег осталось на жалованье Тессе и самые необходимые пошлины.

Ночью я спала пять часов.

В шесть сорок меня разбудил стук в дверь квартиры. На пороге стоял мальчик-посыльный из Высокого суда, тот самый, который днем относил расчет срока. Он протянул срочное уведомление.