Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 84 – Ангелина Сантос

— Кто сказал? — спросил следователь.

— Фарин Дорс. Первый раз он приехал четыре года назад с письмом председателя Талена. В письме говорилось, что мои старые методы не соответствуют новым правилам и лицензия будет пересмотрена. Дорс предложил подтвердить пригодность на одной пластине.

— Какой номер?

Локс назвал дело Инессы.

— Что вы сделали?

— Усилил линию проживания. Нижнюю границу не трогал.

Это совпадало с холодным осмотром лишь частично: на пластине Инессы был светлый участок линии раздельного имущества.

— Кто работал со второй линией? — спросила я.

— Не знаю. Когда пластина пришла, там уже была неровность.

— Копирный лист говорит «контроль нижней границы по отдельной схеме».

— Это общий текст формы.

— На наследственном заказе тот же текст?

Локс задумался.

— Нет. Там «восстановление читаемости».

— Значит, формулировка не общая.

Лейн вмешалась:

— Господин Локс дает предварительное объяснение без соглашения. Не превращайте переговоры в допрос.

Харс согласился остановить вопросы до письменных условий.

Мы составили новый проект. Локс передает оставшиеся шаблоны, называет лиц, даты и способы оплаты, объясняет исчезновение журнала. Палата просит смягчить наказание за первые действия под угрозой, не обвиняет отдельно в попытке уехать после вызова и обеспечивает безопасное жилье. Лицензия рассматривается ремесленной комиссией независимо. За ложь или сокрытие существенного условия соглашение прекращается.

— А уничтоженные листы? — спросила Лейн.

— Если он добровольно признает и передаст сохранившиеся копии, это учитывается, — сказал Харс. — Обещания не преследовать нет.

— Тогда зачем ему соглашаться?

— Чтобы суд видел разницу между человеком, который продолжает скрывать, и человеком, который прекратил.

Локс запросил час. Мы вышли в коридор.

Тесса ждала с новостями: ремесленная палата нашла старое дело о лицензии Локса. Четыре года назад Палата действительно начала проверку после жалобы Талена. Через три недели закрыла ее без нарушения. Первый заказ ОР-312 пришел в промежутке. Угроза была реальной.

— А последующие? — спросила я.

— В налоговых отчетах его доход вырос. После третьего заказа он купил второй печной подвод. После пятого — долю в доме.

— Передай Харсу официальные выписки. Не Локсу до подписания.

— Уже через канцелярию.

Ада посмотрела на меня.

— Это изменит условия?

— Подтверждает принуждение первого раза и возможную выгоду потом. Именно то, что мы записали.

Через сорок минут Локс согласился. Каждый пункт прочитал вслух, после чего подписал вместе с поверенной и следователем. Семейный суд не обещал ему ничего: мы были получателями будущих показаний, не покупателями.

Допрос начался после перерыва и предупреждения об ответственности.

Первый заказ пришел от Фарина Дорса с письмом Талена. Локс должен был усилить линию отсутствия, чтобы она читалась без сомнений. Дорс привез направляющую номер 312, изготовленную по старой схеме комиссии. После работы мастер получил обычную плату и уведомление о прекращении проверки лицензии.

— Вы считали это угрозой? — спросил Харс.

— Да. Если бы отказался, потерял бы мастерскую.

— Кто сформулировал техническую операцию?

— Дорс. Сказал, что председатель требует убрать шум нижнего слоя.

— Что означает «шум»?

— Следы, не относящиеся к вопросу Палаты. Иногда встречная линия другого супруга, иногда старое событие.