Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 91 – Ангелина Сантос

— Сможете дать предварительные показания через час? — спросила Карр.

— Смогу говорить. Пламя для показаний не требуется.

— Если врач согласится. И только в пределах часа.

Я хотела подойти, но осталась за столом. Ада передала врачу воду. Личная забота могла подождать до окончания судебного действия.

Пока Ранар отдыхал, Нейл снова потребовал исключить опыт: бывший хранитель физически заинтересован в результате и мог изменить огонь.

— Температура записана тремя иглами, — ответил Шейн. — Отклонение на один градус допустимо и отмечено. Контрольные измерения снял независимый наблюдатель. Личное желание специалиста не меняет угол металлической прорези.

— Он мог удержать пластину иначе.

— Пластину держала судебная рама. Господин Вейр к ней не прикасался.

Карр отклонила возражение, сохранив его в протоколе для дальнейшей проверки.

Предварительный допрос начался в малом зале. Ранар сидел, врач находился рядом. Ада задавала вопросы, связанные с журналом и доступом Аделы. Я не вела допрос из-за наших отношений.

— Какой пост вы занимали на дату выдачи печати Савины? — спросила Ада.

— Хранитель архива Вейров и глава правовой службы рода.

— Имеете эту должность сейчас?

— Нет. Отставка зарегистрирована сегодня в восемь утра.

— Кто мог получить футляр сорок восемь?

— Лицо с разрешением главы совета, записью регистратора и допуском хранителя либо его заместителя. В спорную дату разрешение подписала Адела, запись сделал Лут Рейн, итоговый недельный свод подписал я.

— Вы видели номер футляра в своде?

— Нет. Свод объединял три плановые проверки без номеров. Я создал такой порядок четыре года назад и признаю, что он позволил скрыть конкретную выдачу от моего контроля.

— Кто мог изменить карточку после возврата?

— Лут или я. Следов изменения карточки нет. Она составлена сразу со старым индексом ОР-312.

— Давала ли Адела объяснение?

— Назвала действие проверкой устойчивости и отказалась отвечать, скрывали ли результат от Палаты.

— Вы утверждаете, что она приказала подделать печать?

— Нет. Я утверждаю, что она подписала поручение Локсу и организовала передачу через Дорса. О содержании устных указаний знаю из показаний Локса, не лично.

Разграничение было важным. Ранар не усиливал обвинение собственной тетки, хотя теперь не зависел от нее.

Нейл спросил о старом деле отца.

— Вы хотите очистить имя Орвена, чтобы жениться на его дочери?

— Хочу, чтобы зарегистрированный материал оценили по дате и содержанию. Жениться на Элине я ей не предлагал.

— Хотите?

Ада возразила против вопроса, не относящегося к фактам. Карр поддержала.

— Ваше молчание двенадцать лет назад показывает, что вы готовы менять показания ради удобства, — продолжил Нейл.

— Показывает, что однажды я это сделал. Поэтому нынешние слова нужно проверять документами, а не моей репутацией.

— Ваша отставка — способ выглядеть честным?

— Это способ убрать финансовую и служебную зависимость. Как она выглядит, решают другие.

Допрос завершили через пятьдесят минут. Врач не разрешил продолжать. Полные показания Ранар должен был дать на слушании двадцатого дня, но основные признания и пределы уже стояли в протоколе.

После заседания он попытался поднять один из личных ящиков. Руки не удержали вес.

— Оставь, — сказала я. — Судебный склад открыт до завтра.