Книга Ее душа, страница 40 – Харли Лару

Осталось снять красивый финал. Я установила камеру на штатив и расчистила место среди свечей. Настало время снимать шок-контент с «вызовом демона».

Я нашла нужную страницу в гримуаре. На меня уставились золотые глаза демона. В тусклом свете они казались ярче прежнего, пронзая взглядом, полным молчаливого укора. Я замерла, коснувшись бумаги пальцами. Выражение лица у демона было грозным, мрачным… и до боли знакомым.

Белым мелком, купленным в ближайшем канцелярском, я очертила на старых досках два неровных круга. Мел скрипел, пугающе напоминая царапанье когтей. Масло я вылила в латунный стакан для коктейлей. Декорации готовы. Бип, бип, бип – моргал красный огонек камеры. Она неумолимо фиксировала каждое мое движение. Я зажгла свечи, и их мерцающий свет заплясал на страницах, озаряя портрет Убийцы. Золотые глаза смотрели на меня из темноты. По спине пробежал холодок.

Много лет я старалась избегать крайностей, проявляла уважение к сверхъестественным силам, никогда не использовала доски Уиджи и не пыталась распахнуть дверь на ту сторону. Любой уважающий себя охотник за привидениями покачал бы головой, назвав меня невежей.

— Ничего не случится, – тихо пробормотала я. Слова утонули в мертвой тишине церкви. – Давай, Рэй.

Текст был мешаниной из наспех переведенных фраз, но я решила говорить на английском, чтобы не сломать язык о латынь. Я боялась ошибиться в произношении и выставить себя полной идиоткой.

Еще можно было все отменить… Выключить камеру, выбросить черновики и уйти. Сохранить репутацию добросовестного охотника за паранормальным.

Но от хорошей репутации толку никакого.

Я поднесла листок ближе к свету, набрала в грудь побольше воздуха и начала читать:

— Силы Древнего Мира – пребудьте под моей левой стопой и в моей правой руке.

Голос дрогнул. Я понимала, что нужно справиться с волнением – каждая фраза должна звучать четко и уверенно, но слова казались пропитанными фальшью.

— Пусть Слава и Вечность коснутся плеч моих и проведут меня по Пути Победы.

Дождь усилился. Он барабанил по крыше, затекая сквозь дыры и собираясь в затхлые лужицы на покрытых плесенью досках. В воздухе висел тяжелый запах пыли и сырой глины.

— Да разверзнется земля! Великие Ангелы Вечности, даруйте защиту. Голоса Бесконечности, придайте сил.

Странное онемение отступило. Кончики пальцев начало покалывать, в животе поселился холодный ком. Глаза с иллюстрации неотрывно смотрели на меня.

Смотрели.

И ждали.

— Дарованной мне силой велю!

Я старалась говорить властно. Мелком начертила в центре круга, рядом с чашей с маслом, последний символ – скорее всего, имя демона.

— Явись передо мной во плоти и крови!

Я обвела символ несколько раз, утолщая линии и вдавливая мел в трещины.

— Явись без злого умысла, не желая причинить вред призвавшему тебя. Явись покорным слугой и… черт!..

Мелок треснул. Я с силой ударилась пальцами о деревянный пол, проехавшись костяшками по грубой доске, и содрала с них кожу.

Поморщившись от боли, я подняла руку, рассматривая ранки в свете камеры. На костяшках выступила кровь; несколько капель сорвалось и упало в центр круга. Черт… Пол здесь явно не стерилен. Я вскочила, потянувшись к рюкзаку. В аптечке есть спиртовая салфетка и…

Глаза распахнулись сами собой. Воздух застрял в горле.